— Я буду скучать по нему только потому, что это мой брат, и не собираюсь сидеть здесь и врать, каким он был замечательным. — Она снова пригубила вино. — Должно быть, я кажусь вам бесчувственной.

Это нельзя было назвать бесчувствием.

— Я ценю вашу честность, — сказала я.

— Кери отличался воображением и переменчивостью. У меня мало и того, и другого, и если бы не обстоятельства, я бы не выдержала. Конечно, я бы не жила здесь.

— Жизнь в этом доме означала изолированность. — Я предполагала, что именно это имела в виду мисс Харпер.

— Я не возражаю против такой изоляции, — сказала она.

— А против чего тогда вы возражаете, мисс Харпер? — спросила я, протягивая руку за сигаретами.

— Хотите еще вина? — ответила она вопросом на вопрос. Половина ее лица скрылась в тени.

— Нет, спасибо.

— Я бы хотела, чтобы мы никогда не переезжали сюда. В этом доме не произошло ничего хорошего, — сказала она.

— Что вы будете делать, мисс Харпер? — Меня замораживала пустота ее взора. — Вы останетесь здесь?

— Мне некуда больше идти, доктор Скарпетта.

— Мне кажется, что будет совсем нетрудно продать «Катлер Гроув», — сказала я.

Мое внимание снова переключилось на портрет над каминной полкой. Девочка в белом жутко усмехалась в отсветах пламени камина над секретами, которые она никогда не расскажет.

— Трудно уйти от своих черных легких, доктор Скарпетта.

— Простите, я не поняла.

— Я слишком стара для перемен, — объяснила она, — я слишком стара, чтобы гнаться за хорошим здоровьем и новыми взаимоотношениями. Прошлое дышит мне в спину. Это моя жизнь. Вы молоды, доктор Скарпетта. Когда-нибудь вы узнаете, что значит оглядываться назад. Вы обнаружите, что от своего прошлого никуда не скрыться, что оно тянет вас назад, в знакомые комнаты, где по иронии судьбы произошли события, ставшие причиной вашей окончательной отчужденности от жизни.

Вы обнаружите, что громоздкая мебель, вызывавшая горькое разочарование, со временем сделалась уютной, а люди, которые не оправдали ваших надежд, стали ближе. Вы обнаружите, что бежите назад, в объятия боли, от которой когда-то убегали. Так проще. Вот и все, что я могу сказать. Так проще."

"— У вас есть какие-нибудь идеи насчет того, кто мог сделать это с вашим братом? — спросила я напрямик, потеряв надежду сменить тему разговора.

Она ничего не ответила, широко раскрытыми глазами пристально вглядываясь в огонь.

— А как насчет Берил? — настаивала я.

— Я знаю, что ее изводили много месяцев, прежде чем все это случилось.

— Много месяцев перед ее смертью? — уточнила я.

— Мы с Берил были очень близки.

— Вы знали, что ее преследовали?

— Да. Я знала, что ей угрожали, — сказала она.

— Она сама рассказала вам об этом, мисс Харпер?

— Разумеется.