Но лишь для того, чтобы развязно усмехнувшись сообщить:

— Ой, я прямо дрожу от страха! Сюда иди, шкура!

Чувствуя вседозволенность, Евгений поймал лицо девушки в ловушку из своих ладоней, предупреждающе стиснул, причиняя зверский дискомфорт, и зафиксировал в таком положении, что уклониться она уже не могла при всем желании. Разве только свернув себе шею.

— Нет! — завопила Ира, когда парень демонстративно подался вперед, намереваясь вновь поцеловать ее. Но уже по-настоящему. — Не прикасайся!

Не отдавая отчета собственным действиям, Ирина что было сил резко ударила противника ладонями в грудь. Он скривился, пробормотав себе под нос грязное ругательство, но из рук не выпустил. Напротив, намеренно стиснул пальцы на щеках девушки столь сильно, что у той заломило зубы.

— Ай! Больно!

— Я кому сказал, не дер…

Договорить Евгений не успел. Музыка играла чуть приглушенно, так как заканчивался один трек и начинался другой. Только благодаря этому факту оба смогли расслышать характерный звон разбившегося стекла, раздавшийся где-то поблизости. Парень резво отстранился и напряженно вздрогнул, будто преступник, пойманный с поличным на месте преступления. Так уж вышло, что на звук они развернулись рефлекторно и почти одновременно.

На расстоянии четырех-пяти метров каменной глыбой замерла Белова. Брызги и крупные осколки у ее ног — все, что осталось от свежего коктейля, который та прихватила с собой на танцпол. Бокал, наверняка, выскользнул из ослабевших пальцев, когда она узрела близких людей в столь паскудной, компрометирующей по всем пунктам «ситуации». Сомнений не оставалось: Ленка видела все! Видела и пришла к единственному возможному выводу.

Ибо Ирина не тешила себя напрасными надеждами и прекрасно осознавала, как вся эта расчудесная сцена выглядела со стороны. Особенно, после ее неосторожных слов относительно своих наиглупейших планов на ночь.

«Господи! Какая же я дура!»

Ее бросало то в жар, то в холод. Цепенея от стыда и первобытного ужаса, она виновато взирала на подругу широко распахнутыми глазами.

Все мысли безвозвратно испарились из головы. Там стало пусто.

— Все… все не так! — промямлила, взволнованно прижимая дрожащие ладони к груди и осторожно подбирая слова. — Клянусь, Лена! Леночка…

Белова ее явно не слушала. И ни на что не реагировала. Совсем. Точно в глубочайший транс впала сиюсекундно. Тяжело дыша, она пыталась справиться с обрушившимися на нее эмоциями, но получалось… плохо. Чертовски плохо. Она беззвучно рыдала. Глотала горькие слезы и взирала куда-то сквозь них. Не мигая. На лице подруги отпечаталась какая-то паническая безнадега с нотками боли и отчаяния. Словом, та еще гремучая смесь. Но Ленкино смятение длилось совсем недолго.