– Ведете себя как знатный господин и еще хотите убедить всех в том, что вы кузен Брина! Приберегите свои поцелуи для тех, кому они нужны!

– Я с такими не знаком, – горестно сообщил ей он.

– Ну, знаете, меня вам в этом не убедить! – с ехидцей отозвалась Роуз. – Главное, не забудьте все, что я вам рассказала!

– Не забуду. Кстати, как зовут моего отца?

– О боже! Я не в состоянии все за вас придумать!

– Так вы ничего об этом не сказали? Значит, я сохраню свое собственное имя. Я уверен, в Англии больше Стейплов, чем могу себе представить. Но вот что хотел бы знать! Каким образом я мог бы стать полезен вашей госпоже?

Ямочки исчезли, и губы женщины непроизвольно сжались в жесткую линию.

Целую минуту она стояла молча, сосредоточенно глядя на стойку ворот. Внезапно подняла глаза, всматриваясь в его лицо.

– Вы действительно хотите ей помочь? – спросила она.

– Еще никогда в жизни я не хотел чего-то так сильно.

Он произнес это совершенно спокойно, но Роуз уловила искренние нотки в его низком голосе и лениво растянутой фразе. Ее губы задрожали, и она быстро моргнула."

"– Я не знаю, что с ней будет, когда умрет господин! – произнесла женщина.

 – Других Сторневеев, кроме нее и мистера Генри, больше нет. Именно ему достанется Келландс, хотя последние шесть лет все дела поместья ведет мисс Нелл! Она стала чем-то вроде управляющего задолго до болезни господина. Именно она разогнала всех нерадивых и никчемных слуг, которые только и делали, что проедали хозяйский хлеб, уже не говоря о том, что бессовестно обворовывали своего господина! Она экономила на всем, разводила свиней, которых покупала на рынке, сдавала в аренду то один, то другой клочок земли и торговалась за каждый пенс, будто заправский мужчина! А после того, как господин слег, продала жемчуг, доставшийся ей от ее несчастной матушки, и все драгоценности, подаренные ей сэром Питером, покуда он еще был в расцвете сил. Никто не знал, что он по уши в долгах. Она продала все, что могла, чтобы отбиться от стервятников, которые слетелись, прослышав, что с сэром Питером покончено! Ушли все изумительные лошади сэра Питера… А у него были гунтеры[6], за которых он платил по сто гиней… И еще четверка лошадей, коей завидовали все вокруг… И ее собственные гунтеры, и фаэтон, и бричка сэра Питера, и элегантное ландо, которое он ей купил и в котором она наносила визиты соседям… Ушло все! Теперь конюшня почти пуста, не считая коня, на котором она ездит, и еще одного верхового жеребца да пары упряжных лошадей, что она оставила для работ на ферме. И никто ей не помог, кроме старого мистера Беркина, жившего в окрестностях Тайдсвелла, он был другом хозяина. Но полтора года назад умер и Беркин. Мистера Генри сюда было не заманить даже.