В этом я готов поклясться!» И я сказала ему, что это уж как пить дать, потому что мисс Нелл знает его как приличного человека и так мне и сказала. И тогда, – миссис Скеффлинг заговорщически понизила голос, – мистер Сопворти так строго на меня посмотрел и сказал, медленно так, что раз уж мистер Джек друг мисс Нелл, то никто не должен чесать о нем языком. Ведь все, кто желает ей добра, должны радоваться, когда такой славный и крепкий молодой человек, как мистер Джек, начинает за ней ухаживать. Все знают, как обстоят дела в поместье, и значит, у него есть свои причины на то, чтобы явиться сюда тайно.

Но мне-то об этом ничего не известно, и я так и сказала мистеру Сопворти.

В ее последней фразе явственно слышался вопрос, и она с надеждой посмотрела на гостью. Мисс Дарворд, которой пришлось соображать очень быстро, поднялась, всем своим видом демонстрируя поспешность, и попросила почтенную вдову ни в коем случае не говорить, что все это рассказала ей она, мисс Дарворд.

– Я уж не знаю, что там подумал мистер Сопворти, и уж точно надеюсь, что распространять подобную ерунду он не станет! И имейте в виду, миссис Скеффлинг! Я вам ничего не говорила и умоляю вас никому ничего не рассказывать!

– Нет, нет! – заверила ее миссис Скеффлинг, возбужденно блестя глазами.

 – Никому ни слова, мисс Дарворд, мэм!

Убедившись в том, что теперь никто из членов этой маленькой общины, испытывающих самое искреннее расположение к внучке сквайра, не увидит ничего необычного в присутствии в ее двуколке нового привратника, и нисколько не заботясь о последствиях этого разговора, мисс Дарворд попрощалась с самой выдающейся сплетницей Кроуфорда.

Выйдя из сторожки, мисс Дарворд застала Джона за оживленной беседой с местным посыльным и из донесшихся до ее слуха обрывков диалога сделала вывод, что он на пути к успеху в освоении просторечия. Как только посыльный проехал через ворота, она сообщила ему, что он должен стыдиться своей речи. Совершенно справедливо расценив упрек дамы как чистую формальность, Джон расплылся в широкой улыбке. При этом глаза капитана так весело заблестели, что если в душе преданной няни и оставались какие-то сомнения на его счет, то теперь они окончательно улетучились. Затем она поспешила посвятить молодого человека в подробности тех фактов его биографии, которые произвело на свет ее богатое воображение, напомнив о необходимости вбить их в голову Бена.

– Непременно, – пообещал он, заключая ее в объятия и целуя в пухлую щеку. – Вы удивительная женщина, Роуз!

– Да ну вас, мистер Джек! – воскликнула она, краснея и снова демонстрируя ямочки на щеках.