— Подожди, — остановила я его, хватая ртом воздух, когда почувствовала давление твердого члена у самого сокровенного местечко. Мужчина послушно застыл. — Сделай сначала ту штуку пальцами. Как было на постели.

Секунду его размышления оборвалась коротким смешком, когда он понял, что я от него хочу.

Ладонь Колчина легла на мой живот и начала спуск ниже. Пальцы коснулись клитора, дразняще погладили складочки и снова стали крушить над чувствительной горошиной.

— Нравится?

— Угу, — только и смогла я согласится, прижимаясь лицом к кафельной стене.

— А так? — спросил мужчина и вместе с тем ввел в меня член, из-за чего ощущения стали еще более острее.

— Боже!

— Нравится? — снова этот вопрос.

— Не пизди, а делай, — едва могла я держать контроль над словами и мыслями. — Сам же видишь, что я уже нихрена не соображаю. Просто продолжай всё, что делаешь.

— Что там насчет фиаско? — кожей чувствовала его легкую улыбку, пока он вторгался в меня и продолжал магию пальцев.

— Я пристрелю тебя, если не кончу!

Глава 21. Луна

За окном почти стемнело. День пролетел слишком быстро. Гораздо быстрее, чем я привыкла замечать. Сегодня Колчин решил натрахаться со мной на всю оставшуюся жизнь вперед, или же просто возмещал двухлетний пропуск сексуальной жизни. Да и жизни в целом."

"Страшно представить, что ему довелось пережить с момента гибели сына. Сколько всего ему пришлось пройти прежде, чем оказаться в той точке, в которой он находился сейчас. А ведь это и правда точка — точка его пути к долгожданной мести и в этой точки мы с ним пересекаемся. Две абсолютно параллельные прямые в одной точке свели обстоятельства и ненависть к одному единственному ублюдку.

Повернула голову к спящему Мише. Под алкоголем и после секса он и правда спал гораздо лучше и крепче. Его не побеспокоил ни один кошмарный сон — за этим я сегодня следила особенно тщательно. Но вряд ли подобное когда-нибудь повториться вновь, ибо мне пора уходить. Какое-то внутреннее почти животное чутье подсказывало мне, что больше задерживаться здесь нельзя. Уже не было того ощущения безопасности, что было первые дни. Хоть и шло сейчас все хорошо и почти даже идеально.

Густые брови слегка сошлись над переносицей, губы приоткрылись и впустили протяжный вдох, когда Колчин приоткрыл глаза и встретился со мной взглядом.

— Ты чего? — хмуро спросил он хриплым ото сна голосом.

— Ничего. Просто смотрела как на подушку вытекали твои слюни.

— Пошла ты, — снова прикрыл он глаза, но по подушке под щекой ладонью провел.

— Да шучу я. Пора мне. Просто ждала, когда ты проснешься. Планы есть?

— У меня есть только один план. Вернее — цель. И когда с нею будет покончено, тогда я и подумаю о планах. Не скажешь, куда ты?

— Не скажу.