Значит, их можно подловить: или на мошенничестве, или на прошлых грехах, или на капиталах, законность которых они не смогут доказать.

– Сначала их надо установить.

– Я не говорю, что будет легко, – согласился питерец. – Но по силам. Неужели не справимся? Хапиловка не Андроновка, там и наблюдение можно поставить.

Теперь задумался Стефанов:

– Если аккуратно, да новых осведомителей привлечь… Бухгалтерия у него наверняка сидит внутри. Два-три человека, опытных, еще один обязательно должен быть гравер. Но, даже если они прячутся за высоким забором, когда-то они должны выходить.

– И еще соображение, Василий Степанович. Ворам мы острастку дали, теперь на узле они долго не появятся. Сами железнодорожники продолжат хищничать, пока начальство их не заменит. И остается кто?

– Бандиты.

– Правильно. Эти ничего другого, кроме как грабить, не умеют. И на них у полиции управы пока нет. Их не выследишь, как артели крючников. По вашим собственным словам, непроницаемые недра. Однако у этих хорошо законспирированных людей есть слабое место…

– Конечно. Это сбыт.

– Он самый. Украсть – только полдела. Надо еще продать добычу. Куда пойдут с ней бандиты? В Лукоморье.

Москвич понял питерца сразу:

– Значит, наладив наблюдение в Хапиловке, мы узнаем клиентов черной биржи. А они сейчас все разбойники, поскольку воры сидят в Николаевских казармах. Легко сказать, да трудно сделать… – помолчав, вздохнул Стефанов. – Сыскная полиция деморализована, вот-вот разгонят ее чуть не целиком. Есть всего восемь человек, которых рвут на части. Большой город вытягивает из них последние силы. А тут круглосуточное наблюдение на неопределенный срок.

"Стефанов целый день беседовал со своими бывшими сослуживцами. Пособники Мойсеенко его не интересовали. Их всего дюжина, на каждого уже заведено дело, отставка этих людей лишь вопрос времени. А в МСП шестьдесят надзирателей. Правда, многие из них только числятся как уголовные сыщики, а прикомандированы к охранному отделению. Но почему не забрать их оттуда на время? И дополнить теми, кто готов служить честно. Ведь большая часть людей – так всегда и бывает – не белые и не черные, не герои и не злодеи.

В кабинете начальника МСП состоялось совещание. Присутствовали Стефанов, Лыков, а еще Воеводин. Сам чиновник охранки, он временно командовал сыскной частью. И считал дни, когда ему разрешат вернуться обратно.

Открыл совещание Лыков и огорошил москвичей новостью:

– Принято решение о новом начальнике МСП. Григорий Васильевич, кончится скоро ваша каторга.

– Кто? Кто придет? – загалдели москвичи.

– Надворный советник Кошко.

– Не знаем такого.