Петру дали за это кличку Страховщик и приняли в артель, куда в складчину сдавали съестное. Все вокруг сидели по одному делу – о железнодорожных кражах. Об этом в основном и шли разговоры: кого как допрашивают, что удалось доказать, а что нет, чем закончится заваруха… Иногда проскакивали интересные детали.

Сыщики одного за другим отпускали второстепенных фигурантов, тех, кто просто позарился на дешевизну. Если сажать в каземат всех, то город опустеет, заявил Стефанов. И покупателей второго-третьего ряда выгоняли взашей, попутно вербуя некоторых из них в осведомители.

Форосков тоже через несколько дней оказался на свободе, вместе со своим новым патроном. Канахистов, как и договаривались, поручил ему кассу ссуд и даже поселил у себя во флигеле. Потихоньку Петр осваивался, заводил знакомства. Но на встречу с Лыковым он попросился не по сокольническим делам, а из-за того, что успел подслушать в балаганах.

– Не знаю, правильно ли я вас побеспокоил, – начал он, – однако лучше проверить.

– Говори. Тут мелочей нет.

– Я как бывший сыщик так же подумал, – улыбнулся агент. – Дело вот в чем: когда сидели мы в Николаевских казармах, много разговоров было о том, кто как воровал.

Вроде бы все на одну колодку, а у каждого тем не менее свои приемы. Навроде клуба получилось: народ делился опытом, судил-рядил…

– Ну-ну…

– И вот время от времени стал я слышать одну и ту же фразу. Про Лукоморье.

– Про Лукоморье? – удивился питерец.

– Ага.

– И что говорили? В каком смысле?

– Смысл я понял не сразу, а когда сообразил, то и решил, что надо вам обязательно рассказать. Из разговоров следовало, что Лукоморье – это такое место, где можно продать любой краденый товар.

– Хм. А ты не спросил у своего работодателя, что за место?

– Спросил, однако ответа не получил.

– Скрывает Гаврила?

Форосков кивнул:

– Скрывает, и я его понимаю. Не все мы за ним знаем. А Лукоморье может вывести полицию на такие темные дела, что Гавриле Матвеевичу каторги не миновать. Вот он и помалкивает.

– Плохо, коли так, – констатировал сыщик. – Выходит, он тебе помогать не станет?

– Где-то поможет, но не во всем. Там, где в жертву пойдут другие, Канахистов их легко сдаст. А где его собственные дела, там будет скрытничать.

Ну, хоть какая-то польза."

"– Лукоморье, Лукоморье… – Алексей Николаевич взял Памятную книжку за 1907 год и стал ее листать. – Гостиница? Трактир? Клуб? Нет тут ничего похожего. Но ты правильно сделал, что рассказал. Я спрошу у Стефанова, он знает всю криминальную Москву. Вдруг догадается, где находится это самое Лукоморье? Ну, теперь иди. Помни, что твоя главная цель – банда Савоськи, и не отвлекайся на воров.

Василий Степанович не обманул ожиданий питерца.