И Князь сказал с угрозой: «Жди меня завтра и подумай еще раз!»

Человек без прошлого жил на третьем этаже нового доходного дома в Газетном переулке. Прислугу он не держал, а самовар брал у коридорного. Два сыщика спрятались в пустой квартире напротив. Филеры охранки в дом не входили, остались снаружи. Перед тем как зайти в подъезд, Лыков отвел Подэрия в сторону и сказал:"

"– Князь товарища моего убил.

Василий Григорьевич молча кивнул.

– В случае чего, сами понимаете…

– Так точно.

Питерцы просидели в тишине около часа. Когда Князь протопал мимо них сапожищами, Лыков от напряжения вспотел. Неужели явился? И скоро все кончится?

Бачинский впустил гостя, и они с порога начали браниться. Алексей Николаевич встал под дверью, прислушался. Князь говорил:

– С твоими капиталами и не совестно отказывать? Это ведь я их тебе заработал. Я!

– Ты и себе заработал, да спустил. Зачем вложил в недвижимое? Даже массажный кабинет завел сдуру. Разве мы не говорили об этом? Не предупреждал я тебя? Побойся бога. А теперь за твою глупость мне платить? Ни за что!

– Сволочь ты. Кто по ночам не спал, концы сводил? Кто крутил-вертел всю лавочку? Я вертел. По лезвию ходил, быдло строил, огрехи подчищал. А ты все мыслишки свои мусолил за самоваром, настоящим-то делом я занимался.

– Без моих мыслишек ничего бы и не было. Сам ты думать не способен. А я мозг!

Лыков махнул рукой. Азвестопуло привел коридорного, тот постучал в дверь.

– Чаю не прикажете, Святослав Иосифыч?

Щелкнула задвижка, коллежский советник пнул дверь и ворвался в квартиру. Титулярный подталкивал его в спину. Князь сидел за ломберным столом. Он успел вскочить и сунуть руку в карман, но Лыков налетел коршуном. Ударил в голову, а обыскивал уже бесчувственное тело.

Когда Князь пришел в себя, то увидел следующую картину. Он сползал со стула, Пушнин-Бачинский вжался в спинку дивана. Посреди комнаты стояли два сыщика и недобро ухмылялись.

– Ага! – оживился коллежский советник. – Очухался. Ну, теперь поговорим. Напоследок.

– Валяй… – ответил бандит, пытаясь сесть прямо. Но в голове у него после лыковского «угощения» все смешалось, перед глазами стояли круги.

– Собственно, о чем с этим говорить? – кивнул на гостя сыщик, обращаясь к хозяину. – С вами – другое дело.

Он был взвинчен. Руки у него чесались убить обоих, питерец с трудом сдерживал себя.

– Значит, так. Князя я сейчас выкину в окно, он мне для дела не нужен.

– В окно? – попытался ухмыльнуться бандит. – Ой ли. А кто свидетелем в суде будет? На Святославика нашего улик нет, он всегда отоврется. А я такие показания на него дам, что бессрочная каторга обеспечена.

– Да? А я в ответ про тебя расскажу, – желчно подхватил Бачинский. – Ты каторгой не отделаешься, повесят, как собаку.