Он выкрал со службы две секретные книжки с расписанием расположения сухопутных войск и собирался передать их третьим лицам. Алексей Николаевич знал, что этими лицами были офицеры германского Генерального штаба. Шпиона разоблачил Фридрих Гезе, он же Буффаленок. А сведения от него доставил в Россию маршрут-агент русской разведки Павел Лыков-Нефедьев. Викона приговорили к шести годам в арестантских отделениях.

За чтением полдня пути прошло незаметно. Вернувшись в «Неаполь», Лыков переоделся и поехал на Большую Бронную, куда вызвал Фороскова. Агент по кличке Страховщик явился веселый, пахнущий коньяком и большими деньгами. Вынул из кармана пачку турецких папирос, закурил и вальяжно откинулся на спинку кресла.

– Ты чего такой сегодня? – удивился питерец.

– Коммерция идет, – ответил гость. – Продал я шелк и выручил за него семь тысяч девятьсот рублей! Представляете, Алексей Николаевич? В жизни подобных денег в руках не держал. А тут за три недели такой прибыток. В жулики, что ли, пойти?

– А что Канахистов? Как он отнесся к твоей удаче?

– Сердится, а поделать ничего не может. И потом, Гаврила сам не в убытке, продал через меня ворованный сырец.

Лыков предостерег осведа:

– Будь настороже. Вдруг он с обиды какую гадость задумает?

– А! – беззаботно отмахнулся Петр, доставая новую папиросу. – Куда денется, если его расписка о сотрудничестве у вас лежит?

Они обсудили последние новости, потом Лыков дал Фороскову новое задание. Нужно найти Князя. Если он в Москве, то рано или поздно даст о себе знать сообщникам. Далеко не все агенты картеля арестованы. Канахистов не так прост, как хотел казаться. Его вес среди уголовников значителен, связи обширны, но он не намерен делиться сведениями с полицией. Нужно присмотреться к извозопромышленнику с другой стороны. Арестованные кассиры упоминали Канахистова в числе крупных скупщиков. Только ли в свою губернию он сбывал товар? Например, Гаврила приторговывал крадеными смушками. В деревне такие не наденешь.

Форосков ушел, пообещав разузнать насчет смушек. Есть, мол, одна идея. Алексей Николаевич не стал допытываться, какая именно. Петр человек опытный, глупостей не наделает.

Сыщик выспался от души и на следующее утро явился в ЖПУЖД. Им тоже велено было завести агентуру; может, что-то выяснили насчет Князя?

Запасов встретил питерца по-дружески. Его участие в «железнодорожно-воровской» комиссии не осталось незамеченным начальством. На Пасху Дмитрия Иннокентьевича должны были произвести в полковники и назначить на самостоятельную должность. Жандарм относил это на счет рапортов Лыкова премьер-министру.

Они поговорили о поисках Згонникова, о показаниях арестованных кассиров, выпили китайского чая.