Всюду сновали огромные телеги ломовиков, доверху наваленные грузами, затеряться было легко.

В восемь часов вечера Лыков телефонировал подполковнику Запасову. Тот ужинал у себя на квартире и собирался винтить с приятелями. Услышав, что надо явиться в сыскное с револьвером, он лишь спросил:

– Деримедведя с собой брать?

– Обязательно. И еще человек десять.

Затем Алексей Николаевич отправился на квартиру к Бухману. Безотказный следователь поехал с сыщиком в свой рабочий кабинет, оформил ордер на обыск и вручил питерцу. Оставалось лишь собрать в Малом Гнездниковском арестную команду.

За час до полуночи пятеро сыщиков и дюжина жандармов окружили фабрику. У входа никого не было, дверь оказалась заперта изнутри, в окнах горел свет. Как быть? Лыков с Деримедведем подкрались, пригибаясь под окнами, к самой двери, ощупали ее. Ого! Толстая и обита железной полосой. Засов, не иначе, вершковый. Полотно распахивается наружу, и, если начать его ломать, оторвешь ручку, но так и не откроешь.

Сыщики обошли здание и подкрались к задней двери. Там стояли двое мужчин, курили и матерились. Алексей Николаевич подошел вразвалку и спросил:

– Тут китайцы не проходили?

– Какие еще китайцы? – спросил один, долговязый, полупьяненький.

– Ну, эти! Сунь-Вынь-Дай и На-Вот-Влоб.

На этих словах сыщик схватил курильщиков за плечи и сильно стукнул лбами. Те повалились на руки подбежавших надзирателей. Арестная команда, ощерившись револьверами, ворвалась внутрь фабрики, и началось…

В конце длинного коридора стоял мужик и, хищно скалясь, целился в сыщиков из револьвера. Раз! Пуля чиркнула Лыкова по верху барейки. Из-за его плеча выскочил Деримедведь и попытался закрыть Алексея Николаевича собой.

Тот не поддавался и оттирал вахмистра за спину. Пока они пихались, бандит снова выстрелил. Осечка! Преступник бросил на пол револьвер и кинулся в боковую дверь.

Полицейские пустились следом и оказались в большом, ярко освещенном цехе. Посредине стояли какие-то аппараты – видимо, чаеразвесочные. Десяток рабочих, завидя облаву, заорали благим матом и бросились врассыпную. Лыков крикнул:

– Замри! Руки вверх!

Мастеровые послушались и подняли руки. Но в дальнем конце цеха суетились совсем другие персонажи. Оттуда полетели в сыщиков пули.

Алексей Николаевич хотел ответить, но мешали рабочие. Пришлось идти грудью на приступ. Вот на пути оказался рыжий парень с «браунингом». Увидев страшное лицо сыщика, он отбросил оружие, словно оно жгло ему ладони. Упал на колени и закричал:

– Сдаюсь, на мне крови нет!

Лыков пробежал мимо. Трое бандитов спешили по крутой лестнице наверх. Вахмистр с коллежским советником, опять пихаясь, полезли следом. Питерец оказался сильнее и вырвался вперед. Снова в него выстрелили, и снова не попали.