Вся та ситуация с Кисловскими мне крайне неприятна. Хорошо, что Вадик решил ее разрулить.

Они уселись за стол и приступили к обеду. Сегодня Татьяна сварила борщ, а на второе запекла в духовке мясной рулет с грибами. Она прекрасно готовила, и Лена в который уже раз дала себе честное слово, что обязательно разживется рецептами и секретами кулинарного мастерства. Когда перешли к чаю, заваренному со свежими листиками смородины, совсем недавно распустившимися на кусте в саду и еще не набравшими полную силу, а оттого особенно нежными и ароматными, Лена вдруг осознала, что Горелова по-прежнему нет.

– Вадим уже часа полтора как ушел, – сказала она встревоженно. – О чем можно говорить столько времени?

– Может, остался на обед, – предположила Татьяна.

– Не может, – отрезала Лена. – Разговор у него не самый приятный, да и Кисловские не те люди, у которых можно легко остаться за обедом. Мне кажется, что мы должны сходить и узнать, не случилось ли чего.

– Лена, – с укором сказал Дорошин, – возьми себя в руки. Твоя тревожность начинает переходить все границы. Вадим – взрослый человек, и мы не его родители, чтобы контролировать каждый его шаг.

– Тогда просто пойдем погуляем. Чай потом выпьем.

Дорошин взглянул на жену, и, видимо, что-то в ее лице подсказало ему, что спорить не надо.

– Танюша, мы пройдемся, – мягко проговорил он, отодвигая стул и вставая из-за стола.

– Конечно. Я пока посуду помою, – кивнула Киреева. – И если встретите Вадика, то скажите ему, что все совсем остынет, а греть ему придется самому.

– Скажем, – покладисто согласился Дорошин.

Они вышли из дома, а потом со двора. Дорога казалась кружевной из-за пробивающихся сквозь ажур свежей листвы солнечных лучей. Все так же пахло липами, первой травой и вообще весной. А еще, Лена это отчетливо ощущала, в воздухе разлился запах тревоги.

– Я так понимаю, гулять мы будем в сторону дома Кисловских? – насмешливо спросил Дорошин, чей нос не улавливал никаких непонятных ароматов.

– Да, – с вызовом ответила Лена и вздернула подбородок.

Она не любила, когда муж над ней смеялся. Дорошин в ответ взял ее под руку.

– Что ж, пошли.

Они степенно прошли триста метров, отделяющие их от запертой калитки.

– Ну что, звонить? – уточнил Дорошин и потянул палец к кнопке. – В крайнем случае скажем, что я решил извиниться перед господином Кисловским за то, что чуть не набил ему морду. Ну или выпадет случай все-таки это сделать.

– Все шутишь, – неодобрительно сказала Лена. – Подожди, у тебя же есть номер Вадима, давай для начала ему позвоним. Лицезреть этого Леонида и его супругу у меня как-то нет желания.

– А из дома позвонить нельзя было? – все так же насмешливо уточнил Дорошин.

– Неудобно перед Татьяной, – призналась Лена.