Была причина, была явственная необходимость… Если всё же и там испытывался препарат, резонно было бы предположить, что основная цель появления в Чечне Берсанаки Гайрбекова и Дока связана именно с препаратом, и, исходя из этого, можно попытаться определить эту основную цель. Просто так Гайрбеков в Россию не поехал бы. Он обязательно что-то готовит. А полевые испытания гораздо удобнее проводить под присмотром лаборатории в любом лабораторном дворе, благо собак для контроля действия препарата найдётся в любой стране немало. При этом вовсе не обязательно испытывать препарат на людях.

Достаточно будет обрызгать им любой предмет и наблюдать потом, как поведёт себя собака. Так проводится контроль за всеми аналогичными препаратами. А если его начинают испытывать в боевых условиях, значит, следует ждать крупной акции.

Капитан Матроскин, выслушав объёмное сообщение подполковника, сразу вызвал к себе Мишку Игумнова, чтобы расспросить обо всём, что связано с Алхазуром Чочиевым и ментовской собакой Сарматом. Мишка вспомнил, что из всех, кто там присутствовал, раздражение собаки вызвал он сам, рядовой Жабоедов и «краповый» капитан Лактионов.

Втроём они переворачивали тело и могли испачкать руки препаратом. Но доза, возможно, была не слишком велика, чтобы собака среагировала адекватно. Была реакция, но не такая яростная, как, скажем, со штанами или с бронежилетом. Матроскин тут же доложил Стропилину ситуацию.

– Значит, Серёжа, будь готов встретиться с собаками… Берсанака пойдёт туда, где много собак… Одной собаки мало, чтобы совершить какую-то акцию, если только эта акция не направлена на какого-то конкретного человека…

– Я тоже так думаю, товарищ подполковник… Хочу узнать, нет ли здесь где-то поблизости питомника.

Может быть, бойцовских собак готовят…

– Добро… Я попробую навести справки со своей стороны…

– А я мента загружу… Сам не знает – пусть весь район обзванивает…

– Действуй…

* * *– Бойцовские собаки? – заинтересовался младший лейтенант Дударков. – Вообще-то собачьи бои официально запрещены законом. Потому они сейчас называются не боями, а испытаниями… И у нас случается, и в Ингушетии, а чаще всего в Дагестане… Обычно по праздникам такие испытания устраивают.

Национальная традиция, и потому мы на это сквозь пальцы смотрим. Вроде бы и запрещено, но вроде бы и можно…

– Меня, Идрис, ни праздники, ни испытания не волнуют. Меня волнует вопрос, где таких собак готовят… Есть какие-то питомники?

– Это там, в России, питомники… – даже младший лейтенант милиции говорил о России так, словно она была далеко, а кавказские республики жили отдельно от неё. – На Кавказе собаки сами по себе живут. Здесь почти каждая собака – боец… Сейчас стало много кавказских волкодавов.