Сижу, не двигаясь, пока Мари продолжает свою экзекуцию, а Ангел и Демон устраивают настоящую бойню во мне. Сейчас идеальный момент, чтобы пойти в наступление, но я дружу со своим пернатым, и поэтому он побеждает, заставляя сохранять рассудительность, но только до тех пор, пока Мари не наклоняется и не касается моего носа своим.

Запах расплавленного сахара пьянит, а теплое дыхание ласкает губы. Реальность размывается, и я не понимаю, что происходит вокруг, сосредотачиваясь только на сладком облачке нежности в моих руках.

Демон обнимает Ангела и кружится в танце, когда Рири приникает к моим губам, отправляя душу прямиком в ад. На секунду зависаю между миров, а когда возвращаюсь обратно, ангела больше нет. Радуясь своей беспризорности, я отвечаю Мари и кладу руки ей на спину, чтобы углубить такой желанный поцелуй.

Удар крылом по лицу и я замираю на месте.

Нельзя.

Завтра она начнет винить себя, если вспомнит об этом, а виноват буду только я. Не хочу пользоваться её состоянием, это неправильно.

Но, чёрт… оттолкнуть её я тоже не могу, это невозможно, поэтому просто позволяю ей делать всё, что она хочет, а сам лишь медленно умираю напротив её губ. Но это того стоит. Определенно.

— Нужно ложиться спать, — произносит Рири, отстраняясь, будто уже забыла, что делала секунду назад.

— Да, конечно, — сохраняю хладнокровие, ради спокойствия Мари. Если она забудет об этом моменте, то это только к лучшему.

Укладываю Рири на подушку и обнимаю её, ругая себя за очередную вольность и обещая, что всё это в последний раз. Завтра я должен буду отпустить её, но сегодня, сейчас, пусть она побудет только моей…"