В подразделении прорыва осталось восемь человек, включая Маханова, вооруженного ППШ. Прикрывать его больше было некому.

Шелестов приказал ему:

– Будьте при мне.

– Слушаюсь, товарищ майор.

– И не высовываться, действовать только по моей команде.

Выставленный на вершину пулеметчик отделения, последний выживший из подразделения Бойко, красноармеец Зайко, зарядил последний диск:

– Немчура впереди – мотоциклисты и пехота.

И тут же открыл огонь, матерясь на чем свет стоит.

Васильев бросился к нему и увидел шесть мотоциклистов и до взвода пехоты.

– Принесло, мать иху, – начал стрелять из ППШ.

Зайко сбил два экипажа мотоциклов, положил человек десять пехоты. Васильев уничтожил один экипаж и трех гитлеровцев, но в ответ ударили пулеметы MG-34 и ручные пулеметы пехотного взвода.

Очередь вздыбила землю на самой вершине. Зайко выпустил пулемет, сполз вниз – пуля попала ему прямо в лоб. Васильев подхватил пулемет. К нему подскочили боец из разведгруппы, Буторин и Сосновский. Офицеры открыли огонь по мотоциклам. Те сориентировались, отошли назад. Пехота залегла, ожидая подкрепления – на западе поднималось пыльное облако, к линии фронта шли бронетранспортеры.

– Ну вот и все, майор, – проговорил Маханов, глядя на Шелестова.

– Что все, Николай Иванович?

– Хана нам.

– Вы погодите умирать-то.

– Да чего уж теперь? Нам отсюда не уйти.

– Помолчите. Командование полка отслеживает обстановку. И нам помогут.

– Если бы могли, давно помогли бы.

И в это время на востоке вновь раздались приглушенные выстрелы. Тот же шелест в воздухе и разрывы двенадцати снарядов, выпущенных гаубичным дивизионом. Он вел заградительный огонь, но снаряды легли на удивление удачно, уничтожив и взвод, и мотоциклистов, и несколько передовых бронетранспортеров.

– А вы говорили, – крикнул Шелестов, – не помогут.

– А дальше что? Впереди открытое пространство, как его пройти?

– Перебежками, товарищ инженер. И когда вы только снова вернетесь на свою работу?

Маханов через силу улыбнулся:

– Ровно тогда, когда вы доставите меня в Москву. Ну, или хотя бы за линию фронта.

– Доставлю, не сомневайтесь.

К Шелестову спустился Васильев:

– Надо дальше идти, майор.

С востока послышался шум.

– Это еще что такое? – воскликнул Васильев.

Он бросился к вершине, но столкнулся с каким-то человеком, и они вместе скатились обратно. Издалека явно слышался рокот танковых двигателей.

Сбитый с ног неизвестным, Васильев оказался под ним, но не растерялся, выхватил нож и готов был всадить его в бок нападавшему, но тот вовремя перехватил руку:

– Не дури, Миша, мне еще не хватало от твоего ножа загнуться.

– Руслан? Ты?

– Я. Со мной усиленная стрелковая рота. Взвод занимает позиции обороны.