Молчит, и мне становится как-то неловко.

— А где твоя машина? — интересуюсь судьбой бамблби.

— На балансировке. Это сестры, её не жалко.

Понимаю, что шутит, но говорит так беспечно, будто и правда не жалко.

— Та блондинка, что с тобой была, это сестра же? Ты вроде бы говорил.

— Да, Вера.

Помню, с какой болью он тогда сказал, что его сестра чуть не угробила себя, сидя на диетах. Пытался скрыть, но я заметила.

Вспомнились слова Карины, которые она сказала буквально пятнадцать минут назад о том, что в парне этом есть стержень. Хоть за мажористыми замашками он и пытается его скрыть.

— Красивая.

— Адамовна, даже не пытайся прикинуться, что ты по бабам. От ответочки за сегодняшнюю увлекательную прогулку к роддому тебе не отмазаться.

Да, со стержнем, не спорю, но тем не менее совершенно не тешу иллюзий на его счёт.

Засранец он и есть засранец.

— И какова же плата? — сарказм сам прорывается, когда смотрю на него.

— На будущее, детка, в целях твоей же безопасности, — подмигивает. — Цену узнавай заранее.

Он как раз подъезжает к дому, где мы с Ликой снимаем квартиру. Притормаживает у входа и ведёт бровями, кивая на дверь. Какой-то только его особенный жест.

И… и всё? Поучение про “узнавай заранее”, и барин меня вот так отпустит?

Спрашивать не буду. Поэтому бормочу негромкое “спасибо” и выхожу на улицу.

— Адамовна, — несётся вслед, когда уже выдыхаю. По крайней мере, сегодня удалось сбежать. — Не расслабляйся. Завтра в восемь я заеду, будь готова.

Он в своей пошлой манере подмигивает, цокнув языком, а потом, дав по газам, с визгом стартует, оставив меня в растерянности.

Расслабиться-то с тобой, Радич, не получится, это понятно. Но быть готовой к чему?

20

Лика куда-то уехала, и я облегчённо выдыхаю, что мне не придётся объяснять, куда и с кем я собираюсь вечером.

И вообще! Вот ещё… буду я собираться! Пучка на голове и мешковатого спортивного костюма достаточно.

Не буду я наряжаться.

И краситься не стану. Только если совсем малость, чисто для себя любимой.

И вообще не хочу идти. Кто знает, что ему в голову взбрендит. От Радича чего угодно можно ожидать.

Ближе к восьми у меня начинают потеть ладони. Сердце в груди бьётся напряжённо, да и всё тело в целом будто струна натянутая. Вздрагиваю от любого шума за стенкой.

Вот телефон просигналил сообщением. Наверное, он. Хочется по-детски проигнорировать, но ведь я обещала. В критической ситуации Семён не отказал, было бы некрасиво слиться.

Но это не он. Это фотка от Карины, где она полусидя на подушках обнимает своих малюсеньких крошек. Один комочек в розовенькой шапочке, а другой в голубой. А сзади неё Богдан. Он кажется особенно здоровенным и сказочно-бородатым на фоне этих малявочек и своей любимой. И счастливым. Они оба просто светятся.