– Господи! – воскликнул инспектор. – А что было бы, если бы Пленмеллер не оставлял в банке никакого «кольта»?

– Ничего. Я все равно арестовал бы его. Но как только он меня заметил, я понял, что был прав. Пленмеллер хороший актер, однако, увидев меня в банке, испытал сильный стресс.

– Но так вломиться! – не мог успокоиться Харботтл, всегда уважавший закон. – Ворваться без разрешения в кабинет заведующего отделением банка, наврать ему о намерении Пленмеллера показать вам содержимое пакета, которого могло вообще не быть в банке! Надо было, по крайней мере, заготовить ордер…

– Это тот самый случай, когда я соображаю быстрее вас, Хорас. Попробуйте раздобыть ордер для обыска в банке! Во-первых, вам понадобятся неопровержимые доказательства, во‑вторых, как вы заставите заведующего признать, что он получал от подозреваемого пакет? Вам потребуется особое предписание, а потом еще трехдневное ожидание его исполнения. Тем временем Гэвин Пленмеллер догадался бы о вашем замысле и придумал какой-нибудь хитрый ход. Нет, правильнее было одним ударом вывести его из равновесия!

– Ничего бы он не придумал! – возразил инспектор. – Мы бы наблюдали за ним и за банком.

– Разумеется. Только вы, Хорас, забыли одну вещь, Нет, даже две.

– Что я забыл? – нахмурился инспектор.

– Все, что слишком долго тянется, плохо заканчивается. Если бы не ваше глупое предубеждение против театра, вы бы это знали. А главное, – самодовольно добавил Хемингуэй, – с субботы у меня начинается двухнедельный отпуск. Как было не поторопиться?"