Среда была в Беллингэме базарным днем, поэтому широкая площадь была заполнена автобусами и киосками, слышался непрекращающийся крик торговцев и гомон покупателей. Здесь торговали всем, что только можно представить, начиная от россыпей мелких безделушек и заканчивая чем-то широким, ярко-желтым, чем колотил по своему прилавку толстый субъект, монотонно выкрикивавший: «Треска! Треска!»

Продираясь сквозь толпу, Хемингуэй столкнулся с Абби Дирхэм, поджидавшей свою тетку, с полной корзинкой в руках.

– Здравствуйте! – воскликнула она. – Какими судьбами? Тоже за покупками?

– Нет, хотя мог бы.

– Иногда бывают такие заманчивые скидки! В базарный день все стекаются на рынок, это правило без исключений. Любите козий сыр? Вон там, рядом с фруктами и овощами, Женский институт, моя тетя привозит туда свой сыр, а уж они…"

"Хемингуэй ждал продолжения, но неожиданно мисс Дирхэм утратила к нему интерес. Привлеченная каким-то небесным видением, она с идиотским выражением лица уставилась за спину старшего инспектора. Оглянувшись, он увидел младшего Хасуэлла, имевшего такой же глупый вид, как и мисс Дирхэм.

– Так и знал, что увижу здесь вас, – произнес он.

– Вы невыносимы, Чарлз! – улыбнулась мисс Дирхэм. – Разве вам не полагается работать?

Старший инспектор, сообразивший, что невольно нарушил чужую идиллию и что по меньшей мере двое из торнденских детективов-любителей отказались от поиска истины, зашагал к станции. Поезд уже отходил от перрона. Инспектор Харботтл ждал шефа на станционном дворе. Увидев его, он заторопился ему навстречу.

– Вы выиграли! – крикнул он издали.

– Надеюсь, хотя сейчас это мне не очень нравится, – усмехнулся Хемингуэй. – Дата подтвердилась?

– Да. Суперинтендант поручил экспертизу Эктону. Он сказал, что вы – чудо.

– Он ошибся. Но я кое-что разглядел.

– Что-то не заладилось? – тревожно спросил инспектор.

– Нет, но я перестаю нравиться самому себе. Не отрицаю, это письмо поможет мне, однако мне нужна одна вещь, а где ее искать, ума не приложу!

– Пистолет! – догадался Харботтл. – Я сам не перестаю ломать над этим голову. Вряд ли есть надежда найти его, но мы и так накопали на Пленмеллера достаточно, чтобы его арестовать. Что сказал врач про пятна на ковре?

– Кровь. Той же группы, что у Уорренби. У врача есть для сравнения окровавленный воротничок, который был на потерпевшем в момент убийства. Вчера вечером я отдал Каупланду бумаги, и он определил, что отсутствуют как минимум два письма. Так-то оно так, но ни пятна крови, ни отсутствующие письма Пленмеллера не изобличают. Еще я надеялся, что сумею установить, что он прошел по Вуд-лейн после жены викария.