Вдруг она знала, кто совершил первое убийство?

– Почему тогда миссис Хаддингтон не сняла с себя подозрение, почему не рассказала полиции о том, что ей известно?

– Если бы ей грозила тюрьма, она бы все выложила. Но ты не имел счастья ее знать! Других таких хладнокровных и расчетливых женщин, как она, я не встречал. Вот моя догадка: она замышляла свой крупнейший шантаж, потому и пришлось ее устранить.

– Да, но… Подожди, Тимоти! Что помешало бы злоумышленнику дождаться, пока дым рассеется, и избавиться от миссис Хаддингтон позднее, когда из дома уберется полиция?

– То и помешало бы, что миссис Хаддингтон сама была подозреваемой! Он решил не рисковать.

Если бы ей предъявили обвинение в убийстве, она сразу раскололась бы, никуда бы не делась!

– Где-то здесь кроется изъян, – протянул Джим. – Хотя отдаю должное твоему хитроумию, надо только устранить первое препятствие. Неужели у нее хватило бы наглости нажиться на гибели лучшего друга?"

"– Я бы сказал, что единственная, на ком она не стала бы наживаться, это Синтия, – ответил Тимоти. – Миссис Хаддингтон была отталкивающей особой, но одного у нее не отнять – беззаветной преданности этой совершенно никчемной девчонке! Хвала Создателю, вот наконец и моя суженая! Как дела, милая?

– Кошмарно! – простонала Бьюла.

 – Мы уложили Синтию в постель. Миссис Фостон посидит с ней, пока она не уснет. Вряд ли ей придется засидеться. Сочувствую мисс Пикхилл, которой теперь придется приглядывать за сиротой. Знаю, она немного пьяна, да и шок заставляет порой выкидывать фокусы, но когда я уходила, она уже нашла утешение в том, что теперь будет очень богата и станет вытворять все, что захочет. Ради бога, уведи меня отсюда и накорми! Я лишусь чувств от голода. Ничего не ела, кроме чая с печеньем.

– Мы оба позаботимся, чтобы этого не случилось, – улыбнулся Тимоти, крепко беря ее за руку и увлекая к двери. – Идем ужинать, Джим!

Глава 17

Вскоре сержант Снеттисхэм вернулся на Чарлз-стрит и выложил перед шефом домашние счета миссис Хаддингтон. Он объяснил, что его поездка в оба конца затянулась, потому что поезд всякий раз уходил у него из-под самого носа. В результате ему потребовалось времени на десять минут больше, чем Бьюле, и он высказал мнение, что уложиться в полчаса можно было только второпях.

– Значит, она ни при чем, – подытожил Хемингуэй. – Не скажу, что сильно ей симпатизировал, но… – Он посмотрел на часы и взял с полки один из телефонных справочников. Полистав его, добавил: – Наверное, сегодня вечером вы мне больше не понадобитесь, отправляйтесь домой.

– Спасибо, сэр. Что с завтрашним дознанием?

– Попросим отложить его. Завтра утром я встречусь здесь с юристом миссис Хаддингтон. Вы запечатали обе комнаты? Хорошо. Отпускайте своих сотрудников.