Руководители проходят в зал и садятся за стол. Эрик собирается было сесть, но потом извиняется и делает мне жест рукой. Мы с Сантьяго это замечаем, и я не могу не подойти.

Делаю глоток кока-колы, ставлю стакан на барную стойку и подхожу.

– Говорите, сеньор Циммерман. Что вы хотели?

Эрик понижает голос и, не меняя выражения лица, спрашивает:

– Что ты делаешь, Джуд?

Надо же, я опять стала «Джуд».

– Пью кока-колу, – отвечаю. – «Зеро», конечно, чтобы не потолстеть.

Моя дерзость выводит его из себя. Я это знаю, и мне это нравится.

– Почему ты постоянно заставляешь меня сердиться? – спрашивает он, приводя меня в замешательство.

Да у него совсем нет совести!

– Я?! – шепчу. – Да ты…

У него жесткий, напряженный и вызывающий взгляд.

Его зрачки сужаются и говорят мне о многом, но я не желаю сегодня ничего понимать. Я отказываюсь.

– Проходите в зал, – говорит он. – Будем обедать.

Когда мы с Сантьяго заходим в зал и садимся на другом конце стола, звонит мой мобильный. Опять сестра! Перезвоню ей позднее, сейчас у меня нет никакого желания выслушивать ее жалобы. Еда восхитительная, и я продолжаю болтать с приятелем.

Пару раз поглядываю в сторону шефа и вижу, как он улыбается Аманде, отчего снова начинаю злиться.

Но когда наши взгляды встречаются, я вспыхиваю. Завожусь. Этот взгляд Айсмена будоражит все мои нервные клетки, и я пылаю.

В половине пятого возвращаемся в офис. Я, конечно же, ехала в машине Сантьяго. Собрание завершилось только к семи вечера. Я без сил!

21

Когда рабочий день подошел к концу, Аманда, Эрик и я направляемся к лимузину. Не давая Эрику возможности снова меня унизить, сразу сажусь рядом с шофером.

Прохлаждайся!

Слышу, как они разговаривают. Точнее, слышу, как Аманда кудахчет, словно курица.

До меня доносится то, о чем они говорят, и меня это бесит. Я не хочу их слышать. Стоит только посмотреть на Аманду, сразу становится понятно, какие цели она преследует. Стерва!

Я думала, что они снова поднимут стекло, разделяющее салон, но Эрик этого не делает. Он хочет, чтобы я была в курсе всего, что он скажет. Он говорит по-немецки, и меня возбуждает его голос. Заводит меня.

Лимузин останавливается возле отеля.

У меня возникает неимоверное желание поскорее смыться и не видеть ни Эрика, ни Аманду, но я покорно жду, пока они выйдут из машины.

Прощаюсь с ними и ухожу.

Бегу к лифту и, когда за моей спиной закрываются двери, облегченно вздыхаю. Наконец-то я одна!"

"День был отвратительным, и мне хочется исчезнуть. Войдя в номер, бросаю кейс на диван и включаю музыку.

Распускаю волосы, снимаю пиджак и выпускаю блузку из юбки. Мне нужен душ.

В это время слышу, как кто-то тарабанит в дверь. Разум подсказывает, что это Эрик. Осматриваюсь. Единственный путь к бегству – выпрыгнуть из окна мансарды и умереть на асфальте.