Ксюша смотрит на дуло и приказывает себе не бояться Артема. Сейчас не время переваривать то, что он поднял на уши школу, совершив несколько выстрелов в воздух. Ее лучший друг напуган возможно даже больше, чем она и все остальные. Он загнал себя в ловушку и мечется в отчаянии, потому что не представляет, как из нее выбраться. Похоже, он даже не думал над путями отступления."

"Ему нужно помочь, успокоить и заверить, что рядом с ней он в безопасности, пусть в последние недели между ними все было не так гладко, как прежде.

— Опусти пистолет, — сморгнув слезу, вкрадчиво просит его Ксюша.

— Давай сбежим. Только ты и я. Не важно куда. Не нужно… — убивать, ломать свою судьбу. Дурак. ДУРАК ДУРАК ДУРАК!

Ровно секунда — столько Артему требуется, чтобы подумать над ее предложением и сместить дуло левее.

Поздно.

Он запрыгнул на поезд, несущийся прямиком в преисподнюю; он заперт в нем; он сам себя загнал в него и замуровал, чтобы никто и ничто его не остановило.

Уже слишком поздно.

Глава 23  Рита

— В далеком королевстве жила-были девочка по имени Элиза. Она была доброй и отзывчивой, помогала матушке торговать фруктами, травами и присматривала за обездоленными животными.

Однако безмятежному детству наступил конец, когда ее отца сразил неизвестный недуг.

— Мам, что значит безмятежный?

— Спокойный.

Юля кивает, усвоив новое слово.

— Ничто ему не помогало, а лекари только разводили руками…

— Даже уколы? — моя маленькая принцесса удивленно вскидывает темные бровки.

— Судя по всему, — я грустно поджимаю губы и протягиваю к ее очаровательному личику пальцы, заправляя за уши длинные прядки.

— Значит, ему нужна операция, — Юля сладко зевает. — Как мне.

— Давай это узнаем, — подмигиваю малышке и возвращаюсь к чтению сказки.

Она осиливает пару глав и засыпает, однако вскоре вырывается из дремоты, чтобы сказать: «Если папуля приедет, разбуди меня». Но он точно не появится в больнице до утра. Да и не факт, что утром заглянет. Завидую, с каким умиротворением дочка сопит тихонечко в подушку, прижавшись к моему боку, а я сверлю немигающим взором потолок палаты, переигрывая в голове сценарий телефонного разговора с Матвеем.

Зря я позвонила. Надо было написать. Как обычно. Но Юля канючила, не переставая.

Из-за плохого самочувствия она была необыкновенно капризной.

А с какой дурацкой интонацией я начала разговор… и до какого идиотского бормотания скатилась, когда речь зашла о его жене. Я не в праве расстраиваться на вещи сами собой разумеющиеся вроде обязательств Матвея перед супругой. Минувшей ночью он ни на шаг не отходил от Юли, а мне и в голову не взбрело, как к его отсутствию дома отнеслась Варвара. Какую отговорку он для нее придумал? Что бы там ни было, для них это закончилось плохо, и потому мне не по себе.