Крайне важно помочь и сыну осознать, что никакой опасности нет. Опасность там, где нет веры.

Нужно его спасти.

Ее нужно спасать. Но как? Артем понятия не имеет. Хотел бы отрыть где-нибудь подсказку и приблизиться к ответу, как вернуть мать из бредней в реальный мир, в котором его жизнь — ИЗ-ЗА НЕЕ в том числе — катится под откос. Над ним потешаются в школе, косятся соседи и вообще… Ему осточертело видеть в своем доме толпы незнакомых людей из этого благочестивого притона. Как они там себя называют? «Смирение и Надежда». Искусные лицемеры навешали его матери на уши столько лапши, что прокормить ею хватит сто следующий поколений.

Исключая, естественно, Артема. Он на эту чушь собачью не клюнет. Костьми ляжет, но не прогнется.

К ним принялись ходить не только лже-последователи лже-Христа. Около года назад его мать стала вербовать таких же обнищавших интеллектуально от трагедий (или чего бы там ни было) людей и наставлять их на «путь истинный». Дом превратился в проходной двор, откуда только и слышны были чьи-нибудь стенания да судорожные молитвы.

— Это место принадлежит Богу, как же ты не поймешь?! Здесь нет ничего твоего, моего! — с пеной у рта доказывала ему мать, оправдывая хаос, который впустила в их жизнь.

Артема по-настоящему охватил страх, когда из квартиры начали пропадать ценные вещи. И если бы их крали… Мама добровольно раздавала направо и налево технику, украшения и деньги. С материальными дарами расставалась, как с мусором. Ему повезло буквально вырвать из чужих рук свой ноутбук. Приди он на несколько минут позже, то опоздал бы и остался без базового инструмента для учебы и абстрагирования от долбанутого мира.

Матери основательно промыли мозги, а он… Ему вот-вот стукнет пятнадцать.

По закону он ничегошеньки не может. Некуда уносить ноги из этого дурдома. Бабушек и дедушек не осталось. Сестре Артем даром не нужен, у нее полно своих забот с ребенком. Иногда в его сердце закрадывается зависть: Ритка свободна и вольна оставаться вдали от чокнутой родительницы.

Жаль, он не в силах.

Стыдно, что у Ксюши прописался. Обидно, что после школы теперь по инерции тянет туда, а не домой, где все перевернулось вверх дном, и от привычного и безопасного практически ничего не сохранилось, превратившись во враждебную среду.

Больно, что мама не видит и не понимает, как ему страшно и одиноко рядом с ней. А ведь все должно быть по-другому!"

"Почему она выбрала какого-то сказочного персонажа, выдуманного жившим много сотен лет назад чудаком, вместо него, родного сына, который находится здесь и сейчас?

Раньше Артем не задумывался о том, верит ли в Бога. Взрослые периодически заводили о нем — Боге — разговоры; они всей семьей иногда ходили в церковь. Мальчика ничего не смущало.