В конце апреля их глаза находились на одном уровне, теперь же Артем смотрит на нее немного сверху-вниз. И ей это нравится.

— Что читаешь хоть? — он решает сменить тему после неудачного захода в предыдущую, надеясь, что Ксюша не будет за нее цепляться, тем самым не оставляя ему выбора, кроме как развивать мысли о смерти. Своей. Чужой.

Иногда гнев переполняет его, подчиняет, и Артем искренне желает этому миру лютой агонии и медленного тления. Он ведь напрочь прогнивший, изуродованный… Будь этот мир нормальным, умер бы его отец от смеха над шуткой Артема, в то время как его мать отчитывала его старшую сестру за какую-то ерунду? Будь этот мир нормальным, стала бы их с Ритой мать пропадать в церковной секте, таская туда ценные вещи и деньги? Будь этот мир нормальным…

— Книжку из списка для чтения на лето, — отвечает Ксюша, перелистывая страницу.

Мальчик фыркает. Чего это на нее вдруг снизошла любовь к литературе?

— И как?

— Захватывающе! — девочка непроизвольно переключается на восторженный шепот.

Когда он рядом с ней, его злость практически неощутима. Поэтому в последнее время Артем особенно жаждет Ксюшиной компании. Ее заразительный смех — мощный антидепрессант. Если бы мог, ни на минуту бы с ней не разлучался.

— Почитай мне тоже.

— Тогда мне придется начинать сначала, чтобы ты понял сюжет.

Начхать он хотел на суть, которую автор заложил в эту книжку.

— Читай с того места, где остановилась, — мягко распоряжается Артем и прикрывает глаза, настраиваясь на волну спокойствия, которое непременно придет со звуком ее голоса и окутает его освежающе-прохладным бризом.

Ксюша подходит к задаче ответственно и с артистичностью приступает к повествованию. Поначалу запинается, добавляя от себя бурканье, что вот тут будет уместен другой тон, а здесь не помешает понизить голос и сделать его вкрадчивым. Артем внимательно слушает, искренне проникаясь ее стараниями.

Метелина быстро входит во вкус и соскакивает с пола. Артем разлепляет правый глаз, затем и левый. Кладет ладони под затылок, с улыбкой наблюдая, как Ксения Матвеевна активно жестикулирует, зачитывая напряженный монолог. Да у нее талант! Может, ей следует пересмотреть планы на будущее и попытать удачу в актерском ремесле?

Таким, как она, суждено сиять ярко. Фору даст всяким там Марго Робби.

Глава 11  Матвей

Юля болеет с самого рождения. Первый год они с Марго практически жили в больнице: то из-за тонзиллита, то из-за бронхита, желудочно-кишечного расстройства или дефицита витамина А, в конце концов приведшего к анемии. В два года у нее подтвердилась непереносимость глютена. Марго крайне редко балует Юлю сладким, дочка соблюдает строгую диету, но порой не в силах сопротивляться желанию отведать чего-нибудь вредного.