— Хорошо выглядишь, — никуда без лести. Хотя все равно приятно. Я тоже себе сейчас больше нравлюсь. — Отпуск пошел на пользу. Глаза начали блестеть.

— Спасибо.

— Как отдохнула?

— Хорошо. Летала к отцу в Мурманск. Вот, в общем-то, и все.

— Как нынче на севере?

— Холодно… — я подыгрываю ему в создании видимости незатейливого разговора между коллегами и стремлении заполнить его «водой». Геннадий Леонидович продолжает интересоваться деталями моего отдыха, и я, наконец, понимаю, для чего. Меня анализируют. При дружеской беседе не сканируют каждое действие и предложение собеседника.

А его чрезмерная внимательность к моей умеренной эмоциональности так и сквозит между слов. — Геннадий Леонидович, я в полном порядке, — вместо ответа на очередной вопрос резюмирую я, протягивая ему белую чашку на блюдце. Он принимает, шевеля губами: «Спасибо». — Мне лучше. Правда. Я сожалею, что вышла из себя на глазах у коллег и пациентов. А теперь, пожалуйста, скажите, могу ли я вернуться к работе? Или мне предусмотрено наказание?

— Никакого наказания не будет, — бормочет в чашку главврач и прикладывается губами к ее краю, громко отхлебывая терпкий напиток.

— Отчитаюсь о твоем возвращении, побеседуешь с дисциплинарной комиссией. Скорее всего, обяжут посетить психиатра, но это ерунда. Главное, раскаивайся побольше и со всем соглашайся.

Я присаживаюсь рядом.

— Как мне вас отблагодарить, Геннадий Леонидович?

— Больше не попадай в подобного рода неприятности, Варвара. Вот лучшая плата.

В груди разливается тепло признательности.

— Спасибо большое.

Допиваем кофе в комфортном молчании. Перед уходом главврач оглашает новость:

— Ах-да, чуть не забыл сообщить тебе, что наши китайские партнеры объявили набор на участие в трехнедельной программе по обмену опытом в медицине.

Не хочешь подать заявку? Обучение стартует в марте.

— Чунцинский онкологический институт? — при произнесении вслух названия учреждения, славящегося использованием новейшего оборудования и передовыми методами лечения в области онкологических заболеваний, я едва справляюсь с контролированием внутреннего трепета.

— Да, — проснувшаяся во мне ажитация вызывает у мужчины улыбку. — Трехнедельные семинары в исполнении ведущих специалистов в сочетании с культурной программой — ну разве не сказка для наших ушей? Незабываемые впечатления и ценный опыт гарантированы.

Звучит и правда волшебно.

То, что мне необходимо.

— Я подам, — с замиранием сердца произношу я на выдохе. — Подам заявку.

Непременно.

— Хорошо, — улыбнувшись шире, Геннадий Леонидович сгибает руку в локте и собирает пальцы в кулак. — Буду болеть за тебя.

Только он за кабинет, я мчусь к компьютеру, чтобы зайти на сайт института и изучить подробную информацию о программе.