Я присмотрелась внимательно, два юноши, кареглазый брюнет и голубоглазый блондин, совершенно разные внешне: брюнет был длинный и худой с крупными, хоть и правильными чертами лица, массивными конечностями, я даже не поленилась, взглянула на его ноги, и точно – сорок последний размер. Блондин же был невысокий, не полный, но весь округло-мягкий, круглое, немного девичье личико с аккуратным носом, усыпанным веснушками, плавно перетекающими на щеки, пальцы коротковаты – в хирурги не пойдет, впрочем, если разовьет ловкость и магический резерв позволит… Ну и кудряшки в давно не стриженных волосах довершали образ этакого выросшего, но не шибко повзрослевшего купидончика. Но кое что парней роднило – первобытный ужас, застывший в глазах.

– Надо срастить ткани, – медленно повторила я. Ну не просто же так они поглазеть пришли? В чем-то должно заключаться их “ассистирование”.

Будущее целительства животных в двух непохожих лицах смотрело на меня так, будто я им предложила эту виверну съесть живьем, вот прям сейчас, без термической обработки.

– А может, – брюнет, обладающий статью воина, явно был храбрее и, запинаясь, закончил фразу: – Вы сами все сделаете?

– А вы что будете делать?

– Мы… уберем тут все, – и глазами так хлопает. Э, нет, такое хлопанье могло у его белобрысого друга пройти, здесь не тот образ.

Да и убирать после моей операции особо нечего.

– А местор Иолан вам что поручает? Кроме уборки.

Парни переглянулись.

– Кормежку, помывку животных, – начал перечислять брюнет. Блондин предпочитал отмалчиваться.

– А лечение? – зачем их тут вообще держат?

– Сказали, что лечить нам пока рано…

– Так. Отлично. А ко мне зачем вызвались в помощники?

– Хотели посмотреть на операцию, – брюнет совсем скуксился и типа незаметно пинал блондина, чтобы он тоже участвовал в беседе.

– А вам что, не показывают?

– Нет, местор даже роды исключительно сам принимает. Со своими двумя постоянными ассистентами.

Ассистентам местора лет было примерно как самому местору. Но что-то мне в рассказе не нравилось.

– А чему вас тут вообще учат?

– Ничему, – тихонечко ответил брюнет, а блондин только вздохнул.

А у меня в голове вдруг что-то щелкнуло. За столько лет наставничества у местора Иолана не появилось ни одного знаменитого ученика! Как такое возможно? Ведь берут самых талантливых, подписывают с ними контракт на пять лет. Или старый местор отлично почивает на заслуженных лаврах и не растит себе конкурентов?

В любом случае, подумать над этим я смогу позже. Как и собрать побольше информации, а заодно узнать, возможно ли разорвать ученические контракты? Если, конечно, сами ученики захотят их разрывать. Кормят во дворце, по слухам, неплохо…

– Смотрите, – вздохнула уже я.