После обеда Рок с Чарльзом принялись за дела, а я отправилась к себе за книгой. Мне захотелось посидеть в саду, под одной из чудесных пальм, о чем я мечтала с момента приезда сюда.

С книгой в руках я отправилась во внутренний двор. Под деревом было удивительно прохладно.

Я любовалась окружающей меня красотой. Все вокруг было в цвету. Даже воздух здесь, и тот был напоен запахом лаванды. В пруду мелькали золотые плавники рыбок.

Открыв книгу, я попробовала было читать, но мысль о многочисленных окнах не давала мне покоя, и я постоянно поднимала на них свой взгляд. Ерунда, кому нужно следить за тобой, мысленно урезонивала я себя. Даже если кому-то и взбредет в голову такая сумасбродная идея, то в конце концов, что в этом такого? Мои опасения просто смешны.

Неожиданно чьи-то руки закрыли мне глаза. Слегка растерявшись, я довольно резко спросила:

— Кто здесь?

Закрывавшие мои глаза руки явно были детскими. Сзади кто-то довольно хмыкнул:

— Попробуй угадать.

— Это ты, Ловелла?

Руки освободили мое лицо. Девочка весело запрыгала передо мной.

— А я умею стоять на голове, — объявила она. — А ты не умеешь.

Она тут же продемонстрировала свои способности. Ее длинные, тонкие ноги опасно задрыгались совсем близко от берега пруда.

— Хорошо-хорошо, — поспешно ответила я. — Вижу, что ты и впрямь это умеешь.

Сделав сальто, Ловелла улыбнулась мне. Ее лицо слегка порозовело от усердия.

— А как ты угадала, что я Ловелла? — спросила девочка.

— А кто еще это мог быть?

— Например, Хайсон.

— Я с самого начала была просто уверена, что это ты, Ловелла.

— Потому, что Хайсон так себя не ведет, верно?

— Думаю, что твоя сестра просто немного стеснительна.

Девочка сделала еще одно сальто.

— Ты не боишься, Фейвэл?

— Чего я, по-твоему, должна бояться?

— Быть женой одного из Пендорриков?

— А что в этом плохого?

— Но ведь теперь тебя тоже называют новобрачной?

— Новобрачной?

— Да. Новобрачной Пендорриков.

— Ну и что?

Глаза девочки неожиданно сузились и стали похожими на щелки. Застыв на месте, она пристально посмотрела на меня.

— Так значит, ты еще ничего не знаешь? — изумленно спросила она.

— Нет. Именно поэтому я прошу тебя рассказать мне о том, на что ты явно намекаешь.

Девочка подошла и, положив руки мне на колени, снова внимательно посмотрела на меня. Лицо Ловеллы было так близко, что я свободно могла как следует рассмотреть ее продолговатые темно-карие глаза, чем-то напоминающие мне глаза Рока, и по-детски чистую, без изъянов, кожу. Что-то еще в ней вдруг напомнило мне мужа. Может, полный лукавства взгляд?

— Ну, так ты расскажешь мне? — ; спросила я. Так ничего и не ответив, девочка воровато озиралась на окна. Я продолжала настаивать.