– Хорошо, – сосредоточенно нахмурился Станкевич, – я узнаю, где сейчас проживает Евгений и сообщу Вам, Вы где остановились?

– Гостиница «Пятая авеню» это…

– Я знаю где это, а у Вас губа не дура, – улыбнулся Станкевич.

– Мой друг оплачивает её, – пояснил Иван.

– Я не хотел Вас в чём-то упрекнуть, не поймите неправильно. Конечно, пока Вы здесь наслаждайтесь путешествием, посмотрите страну, здесь есть много интересного.

– Вы говорите прямо как мой друг.

– Так Ваш друг прав!

– Вам здесь так нравится? – спросил Иван.

– Да, я уже привык, не думаю, что вернусь на Родину, – проговорил Станкевич и подлил себе виски в пустой стакан.

– И что же здесь такого особенного?

– Здесь? Здесь всё особенное. Здесь свобода.

– Странные слова для жандарма, – заметил Трегубов.

– Я же сказал я работаю, а не служу. Это разные вещи, – возразил Станкевич.

– Не буду спорить, но мне интересно, в чем же выражается эта свобода, которой нет у нас?

– Ну так сразу сложно сказать, – пожал плечам собеседник Ивана, – во многом, здесь люди выбирают себе представителя во власти, выбирают президента, а у нас вынуждены подчинятся тому кого сами не выбирали.

– Подождите, подождите, но если я к примеру, проголосую за одного кандидата, а выберут другого, то я вынужден буду подчинятся тому кого не выбирал?

– Вы утрируете, да это так, но таковы правила и Вы, участвуя в выборах заранее соглашаетесь на них. Или не хотите – не участвуйте.

– Но тогда тем более у власти будут люди, которых я не выбирал, где же тут свобода?

– Послушайте, здесь все стараются участвовать в выборах, это привилегия, это сама суть американцев, самим участвовать в своей жизни, принимать решения, как им жить, а не ждать, что кто-то сделает это за них. В итоге страна развивается, бизнес, промышленность, и помяните моё слово она когда-нибудь станет самой могущественной державой и превзойдёт британскую и российскую империи.

– Да про бизнес я слышал. Ещё вижу, что в стране много эмигрантов…

– Вот здесь Вы правы, да! Открываются новые заводы с передовыми технологиями везде нужны рабочие, инженеры, учёные. Возьмите ту же Гольдман или Беркмана, что им делать в России, им нельзя жить в столицах, в центре империи, где всё основное. У них заранее ограниченны возможности. А здесь такого нет. Свобода."

"– Подождите, а как же краснокожие и чёрные жители этой страны? У них тоже такие же возможности?

– Ну что Вы Трегубов, не передергивайте, – поморщился Станкевич, – Вы же не глупый человек и понимаете, что это другое. Можете себе представить – черный инженер?!

Станкевич громко поставил на стол пустой стакан и победоносно посмотрел на Ивана, который не нашелся, что сказать в ответ.