Одна рука у друга Трегубова висела на перевязи, из плеча недавно вытащили пулю ныне покойного охотника за головами Тома О'Лири, в другой была газета.

– Ну что? – спросил Михаил.

– Эмма не отвечает, она меня провела, – недовольно ответил Иван.

– Что тебе ещё нужно? Ты нашёл убийцу, убийца мёртв.

– Я хочу понять почему это всё произошло, в чём причина.

– Не всё ли равно теперь? Ну узнаешь ты эти причины, но никого не вернешь. Алексей Стрельцов мёртв.

– Мёртв, но мне оставалось малое – поговорить с Александром Беркманом, а теперь, после телеграммы, которую я отправил отцу Алексея, меня отзывают назад.

– Ты всё равно не смог бы встретиться с Беркманом.

– Почему же? – удивился Иван.

– Читай вот здесь. Торотынский положил перед другом газету, которую принёс с собой. Иван отодвинул в сторону омлет и начал читать статью:

«Эмигрант из России, Александр Беркман проник с пистолетом к директору сталелитейного предприятия «Карнеги Стил Кампани» Генри Клею Фрику, трижды выстрелил в него и нанёс ножевое ранение прежде, чем был обезврежен подоспевшим персоналом предприятия. Жизнь мистера Фрика вне опасности, жизненно важные органы не задеты. Этот вопиющий случай нападения на достойного члена нашего общества снова поднимает вопрос..»

Иван оторвался от чтения и посмотрел на Михаила:

– Так вот в чём было дело. Эмма просто пыталась меня использовать.

– О чём я тебе и говорю. Оставь. Всё закончилось. Беркман может не выйти из тюрьмы до конца своих дней, Надеждин мёртв. Станкевич пропал, ну и бог с ним.

Трегубов вздохнул, отложил газету и снова принялся ковырять омлет. Через несколько мгновений его лицо просветлело и он сказал:

– Ты прав, Миша. Всё это просто суета. Главное, что мы с тобой снова встретились и провели много времени вместе.

– И как провели!

– Да уж, когда мы вместе, скучно не бывает, – согласился Иван.

– Ты когда уезжаешь? – спросил Михаил.

– Придётся сегодня, старший Стрельцов горит нетерпением лично выслушать мой отчёт. А ты?

– Мне ещё нужно разобраться с рельсами, помнишь?

– Ты имеешь ввиду заработает завод или нет?

– Уверен, что заработает, тем или иным способом, но заработает. По другому здесь не бывает.

– А что Джейн? Теперь когда выяснилось, что преследовавший её шериф, оказался её отцом, что она думает?

– Джейн поедет со мной, – радостно объявил Михаил другу.

– Что ж поздравляю, можно мне тебя теперь называть ранчеро? – улыбнулся Иван.

– А что? Засадим всё свёклой! – Михаил здоровой рукой хлопнул Ивана по плечу.

Москва, август 1892

Софья хлопотала, накрывая на стол. Ивану было слегка не по себе от обрушившейся на него бури сестринской заботы. После его возвращения из Америки, она словно старалась компенсировать все эти месяцы, которые он отсутствовал.