Какими пустыми кажутся по сравнению с ним пресытившиеся, точно застывшей маской прикрытые лица…

Он увидел, что рюмка Жоан пуста.

— Вот это я понимаю, — сказал он. — Как-никак двойной кальвадос. Хотите повторить?

— Да. Если у вас есть время.

А с чего, собственно, она взяла, что у меня нет времени? — подумал он, и тут ему вспомнилось, что в последний раз Жоан видела его с Кэт Хэгстрем. Он взглянул ей в лицо. Оно было совершенно бесстрастно.

— Время у меня есть, — сказал он. — Завтра в девять операция… только и всего.

— А вы сможете оперировать, если засидитесь так поздно?

— Конечно. Одно другому не мешает. Привычка. К тому же я оперирую не каждый день.

Кельнер снова наполнил рюмки. Вместе с бутылкой он принес пачку сигарет и положил ее на столик. Это были «Лоран», зеленые.

— Вы их и в прошлый раз курили, верно? — торжествующе спросил он Равика.

— Понятия не имею. Вам лучше знать. Верю вам на слово.

— Да, это те самые, — заметила Жоан. — «Лоран», зеленые.

— Вот видите! У мадам память лучше, чем у вас, мсье.

— Это еще неизвестно. Во всяком случае, сигареты нам пригодятся.

Равик распечатал пачку и подал ее Жоан.

— Вы живете все там же? — спросил он.

— Да. Только сняла комнату побольше.

В зал вошли несколько шоферов. Они уселись за соседний столик и сразу же громко заговорили.

— Пойдем? — спросил Равик.

Она кивнула.

Он подозвал кельнера и расплатился.

— Может быть, вас все-таки ждут в «Шехерезаде»?

— Нет."

"Он подал ей манто. Она не надела его, а лишь накинула на плечи. Это была дешевая норка, возможно, даже поддельная, но на ней и такой мех казался дорогим. Дешево только то, что носишь без чувства уверенности в себе, подумал Равик. Ему не раз случалось видеть королевские соболя, которые казались совсем дешевыми.

— Что же, теперь доставим вас в отель, — сказал он, когда они вышли из кабачка под тихо моросящий дождь.

Жоан медленно обернулась.

— Разве мы не к тебе поедем?

Запрокинув голову, она смотрела на него снизу вверх. Ее лицо, освещенное фонарем, было совсем близко. В волосах сверкали жемчужинки измороси.

— Ко мне, — сказал он.

Подъехало такси. Шофер немного выждал. Потом щелкнул языком, со скрежетом включил скорость и поехал дальше.

— Я ждала тебя. Ты это знал? — спросила она.

— Нет.

Свет уличных фонарей отражался в ее глазах. Взгляд тонул в них. Они казались бездонными. — Я будто только сегодня встретился с тобой, — сказал он. — Раньше ты была другой.

— Да, раньше я была другой.

— Раньше вообще ничего не было.

— Да, не было. Я ничего не помню.

Он ощущал легкие приливы и отливы ее дыхания. Невидимое, оно трепетало, плыло навстречу, нежное, невесомое, полное доверчивости и готовности, — чужая жизнь в чужой ночи. Внезапно он почувствовал, как кровь бьется в его жилах.