– Нет, сдается мне, не все так просто… Дом в центре – это понятно, лакомый кусочек в человеческом мире, но тут есть еще что-то… Котлован в подвале… На старом Скоморошьем кладбище! До такого самому не додуматься!

– А как они вообще сюда попали? – спохватился вдруг Мефодий.

– Случай. Стали барабанить в дверь и ненароком повредили руну. Можно было, конечно, их сразу отфутболить, но Улита решила позабавиться… Как тебе наш новый офис? Все это было сотворено буквально за минуту. Где-то, я уверен, недосчитались пары столов и полдюжины компьютеров… – сказал Арей с улыбкой.

Видно было, что он доволен шустрой секретаршей. Улита просияла.

Из приемной донесся примиряющий голос Даф. Кажется, Чимоданов не поладил с Мамзелькиной и читал ей нотации. Да и Ната Вихрова явно была не из тех, кто пытается спрятаться за шваброй.

Арей восхищенно присвистнул.

– Ого, скандалят? Кто у нас там, новые ученики?.. Браво! Вы всех собрали?

– Нет, только двоих, – ответил Мефодий.

– А вот это скверно. Тогда мчитесь с Даф за третьим, а с этими останется Улита… – велел Арей.

Покидая вместе с Дафной особняк, Мефодий вновь вспомнил о котловане.

Почему мечник мрака так напрягся, когда речь зашла о подземном гараже, и почему так упорно стремился, чтобы конечное решение принял он, Меф?

Глава 8

Мясная вырезка желает познакомиться с одинокой волчицей

Матушка-судьба, как известно, всякий раз раскладывает свои пасьянсы по-новому. Вот и теперь случилось так, что с третьим из предполагаемых учеников мрака первым встретился не Мефодий и даже не Дафна. Но обо всем по порядку, хотя порядок в литературе вещь скорее избыточная, чем необходимая.

Час шел за часом, а в жизни Ирки, получившей новый дар, ничего круто не менялось.

Ее сознание до сих пор опасалось новых возможностей. Точно зверек, пересаженный в новую, слишком просторную клетку, оно жалось в угол и, подозревая подвох, не слишком спешило осваивать новые просторы. Но нет-нет, да и вскидывало голову, присматривалось, принюхивалось и опять пугливо прятало нос в лапки.

Не доверяя словам валькирии, что для всех, кто знал ее прежде, никаких перемен в ее судьбе не произойдет, Ирка всякий раз, заслышав в дверях ключ Бабани, бросалась к коляске. Натягивала на ноги плед и постоянно опасалась, что Бабаня вместо больных и слабых ног увидит здоровые и сильные…

Но однажды произошла накладка.

Ирка экспериментировала с лебединой сущностью и с большой любознательностью наблюдала, как рука, меняя форму, превращается в крыло. Кости истончались, меняли форму, и вот уже сильные маховые перья скрыли то, что только что было человеческой рукой. И вот когда Ирка была уже на треть лебедем – точнее, девушкой с лебедиными крыльями, в дверях вдруг стал проворачиваться ключ.