Людмила вздохнула и тряхнула рыжей гривой. Глаза ее стали снова ее собственными.

– Ты хочешь сказать, что все это бред, фантазии? Что никаких реальных событий за этим не стоит? – недоверчиво спросила она.

– Именно так. Говорю тебе как историк, – уверенным голосом сказал Воронцов.

– И как мне предлагается с этим жить? – задумчиво спросила она.

– Не относись к своим фантазиям серьезно. И тогда они потихоньку уйдут, оставят тебя. Просто пока прошло еще совсем немного времени.

* * *«Они обязательно должны уйти и оставить ее, – подумал он. – Они просто обязаны ее оставить».

– Странно, – сказала Людмила. – Мне казалось, что...

– Ты ошиблась, – твердым голосом остановил ее Воронцов.

В этот момент они уже подошли к ее машине.

– Просто забыть? – посмотрела она на него на прощание.

– Просто забыть, – кивнул Воронцов.

Ее машина быстро умчалась по ночному Садовому кольцу.

Воронцов некоторое время стоял на месте. Он поднял глаза и увидел в самом начале проспекта Мира домик Брюса, сохранившийся здесь с допотопных времен. Брюс был загадочной личностью – магом, мистиком и, понятное дело, продвинутым ученым, служившим при дворе еще Петра Первого. В те времена его называли «московским Мерлином».

35

...Когда он вернулся к себе домой, Марины там уже, конечно, не было. Ее не было нигде еще несколько дней, а потом перед самым концом рабочего дня в библиотеке раздался очень тихий стук в дверь его кабинета.

– Это я, – на всякий случай уточнила Марина, войдя к Воронцову. – Знаешь, Воронцов, ты, конечно, неблагодарное животное. Но я тут подумала, что кто-то ведь должен у нас в стране заботиться о диких зверях... Я все-таки еще надеюсь тебя приручить. Может быть, случится чудо и ты не удерешь больше в свой темный лес. А то рано или поздно попадешь в какой-нибудь капкан, в какую-нибудь неприятную историю, если ты уже в нее, конечно, не попал.

«Какая хорошая у девушки интуиция!» – восхитился Воронцов. На этот раз она безошибочно выбрала момент. Чутье дикого зверя ослабло, Воронцов устал, и последние дни ему так нравилось быть старшим научным сотрудником Отдела геральдики Государственной библиотеки, что он уже подумывал, как бы правильно обустроить эту мирную и приятную жизнь. Сейчас он подойдет к Марине, поцелует ее волшебным поцелуем, и жизнь его изменится, как в сказке. Вот прямо сейчас...

* * *Вдруг раздался стук в дверь. Это был резкий и тревожный стук – очень непохожий на тот, которым стучалась к нему Марина. Они оба обернулись к двери. Она открылась, и на пороге возник солидный господин в очень дорогом костюме.

– Господин Воронцов, если не ошибаюсь? – сказал он.

– Собственной персоной, – кивнул Воронцов.

– Пройдемте... То есть простите, я хотел сказать, что нам с вами нужно переговорить по очень важному делу.

– Заходите...