Он уже собрался закрыть сумку, чтобы девушку не мучило любопытство, как вдруг заметил в боковом отделении стопку бумаг в подозрительно знакомой папке. Воронцов вздрогнул. Сомнений не было, это была та самая папка, которую он отказался принять из рук шведского тролля в Хельсинки. Когда же тот успел все-таки всунуть ему свои бумаги? Надо отдать троллю должное: жуликом он был высокопрофессиональным.

Воронцов растерянно перебрал бумаги. Это были они – фрагменты секретного дневника сестры Люсии.

«Вы носите в себе очень важную тайну... Эта тайна опасна. И опасна не только для вас...» Воронцов отчетливо услышал низкий голос небритого предсказателя Арсениуса.

Выходит, кое-что с генералом они все-таки забыли обсудить. Воронцов вспомнил, что генерал собирался уезжать из Москвы в отпуск. Чуть ли не завтра...

Он быстро набрал номер его мобильного.

– Николай Дмитриевич? Нужно срочно встретиться... Да, прямо сейчас. Кое-что я все-таки забыл.

* * *– Бежишь, волчара? – спросила Марина и смерила его презрительным взглядом. Точно таким же, какой был у черной кошки Сесилии в Хельсинки.

34

Послышалось два хриплых гудка. Потоцкий взглянул на часы. Катер финской береговой охраны подошел к борту парома «Силья Лайн» вовремя, как и договаривались.

– Пора, – сказал Потоцкий.

– Я буду помнить тебя, мужчина, – сказала Людмила и внимательно посмотрела ему в глаза, словно фотографируя на память.

Тогда на пароме Потоцкий и подумал, что больше он ее никогда не увидит. И дело было вовсе не в строгих правилах этой странной другой жизни, где Воронцов существовал под фамилией Потоцкий. Не в том, что Людмила Волкова была вовлечена в серьезную и совершенно чужую для него и для всех простых людей игру, в которой всякого рода сантименты во внимание никогда не принимались, а человеческие слабости, страсти и даже серьезные чувства рассматривались только в качестве удобных инструментов для того, чтобы людьми манипулировать.

Дело было в той интонации, с которой она сказала свою прощальную фразу. Она поставила точку.

* * *Теперь, в первом часу ночи, прогуливаясь по любимым переулкам около Сретенки, он понял, что тогда он ошибся. Потому что прямо перед ним в переулке теперь стояла не кто иная, как Людмила Волкова. Сначала он чуть было не вздрогнул, узнав силуэт девушки, показавшийся ему подозрительно знакомым. Но сразу убедил себя в том, что это просто совпадение, хотя такие совпадения наводили на грустные мысли о том, что еще не раз и не два Людмила Волкова будет мерещиться ему среди случайных прохожих. Но девушка шла все ближе к нему навстречу, и наконец он увидел ее лицо.

С полчаса назад Александр Воронцов расстался с Николаем Дмитриевичем, которому передал неожиданно найденные в собственной сумке бумаги шведского тролля.