— говорю как можно более спокойно.

— Что? — нетерпеливо уточняет брюнет.

— Как нас… Черт… Зовут Вера Николаевна.

Сергей Дмитриевич кивает, видимо, усвоив полученную информацию, и продолжает.

— Вера Николаевна. — между моим именем и отчеством возникает ощутимая пауза, которую при любых других обстоятельствах я бы сочла обидной, но сейчас стараюсь не обращать внимания. Меня греет тот факт, что в сложившейся ситуации сложно понять, кому приходится сложнее. Не знаю, что там случилось у короля мира, но выглядит он сейчас не особо довольным. Особо недовольным, если быть точной.

— Да? — понимая, что реплики с моей стороны еще сильней нервируют большого босса, не упускаю возможности вставить свои пять копеек.

— Что там у вас? — Сергей Дмитриевич протягивает руку, призывая подать ему папку с моими документами.

Искренне надеясь, что он не решит их уничтожить, демонстрируя свое плохое настроение, выполняю просьбу и отдаю папку, которую он тут же открывает и начинает листать.

Мы проводим в тишине пару минут. Все это время Сергей Дмитриевич изучает мои дипломы, сертификаты, рекомендательные письма и резюме. Пролистав содержимое папки с первой страницы до последней, мужчина поднимает взгляд и говорит:

— Понимаете ли, Вера… Николаевна, у меня возникли непредвиденные обстоятельства.

Разрываясь между ответами «Бывает» и «Так вам и надо», решаю промолчать и просто киваю, а Сергей Дмитриевич продолжает:"

"— Если ваши документы не куплены в переходе, и вы действительно имеете представление о работе, вы вполне можете оказать мне услугу.

Кажется, мне реально лучше молчать. Безопасней, потому что мои мысли касательно последней реплики уже гораздо менее миролюбивые, чем еще минуту назад.

— Я заплачу. Двадцать тысяч, учитывая обстоятельства. За один вечер.

— Я согласна! — кажется, отвечаю не я.

Я бы так не сказала. Сперва обязательно спросила об условиях работы, о том, чего вообще от меня хотят, уточнила детали, подумала, стоит ли вообще помогать такому мерзкому типу. Но, увы, быстрее, чем я успеваю сформулировать мысль, ответ дает существо, которое совершенно не желает жить на вокзале. Теперь остается лишь моргать.

Сергей Дмитриевич коротко кивает.

— Отлично, но поясняю еще раз. — мужчина прерывается, делает глубокий вдох, затем выдыхает и продолжает так медленно, как будто воспитанникам детского сада объясняет. — Я не предлагаю вам постоянную работу. Это разовая акция. Я и так слишком рискую. Учтите, если вы не справитесь с поставленной задачей, вы не получите денег.

— Ясно. — понимая, что этот мужчина меня уже порядком утомил, даже не спорю.

И так уже вляпалась по самое не балуйся.

— Это не постоянная работа! Вы не приняты! — тем временем раздается еще один раз, контрольный.