Марат с Лешагой вновь заорали так, что будь у дубов и вязов ноги, они бы кинулись врассыпную, но корни прочно держали деревья в земле, а огромное крыло все приближалось к зеленым кронам.

— Ты знаешь, как садиться?

— В книге было сказано — на ноги!

Драконид начал работать стропами управления, плавно отпуская их в крайнее верхнее положение. Штуковина резко дернулась вперед и быстро помчалась над лесом.

— Какие ноги? Где ж их тут поставить?! — возглас Лехи заглушался ревом битвы, звоном стали и беспорядочной пальбой.

— Я помню, — не слушая вопроса, орал юнец. — При посадке на лес надо выбрать наиболее густую крону лиственного дерева или плотную группу деревьев одинаковой высоты. Посадку следует производить в режиме парашютирования, принимая вершины крон за поверхность земли, — процитировал чешуйчатый.

— А что такое парашютирование?!

— Не знаю, в книге так написано!

В этот момент раздался хруст веток и стоек навеса, а вслед за этим крыло намертво, точно вбитый в стену гвоздь, застряло меж двух могучих деревьев.

— Вот и прилетели, — оглянулся ученик Старого Бирюка, как показало беглое наблюдение, болтаясь над землей на высоте десяти, а то и двенадцати человеческих ростов. — Что еще сказано в твоей книге?

— Надо дотянуться до ближайшей толстой ветки и осмотреться, — жалобно пробормотал Марат.

— Осмотреться, конечно, можно, я это уже сделал. Но и так понятно, что вокруг лес, но вот до ветвей нам не дотянуться — с досадой процедил Лешага. Его люди были в опасности, а он болтался на дереве, как желудь.

— Там было сказано: если до ствола дерева слишком далеко, ожидайте группу спасения, — совсем уже обреченно промямлил юнец.

— Мы ее до конца жизни ожидать будем. А там, — воин мотнул головой в сторону притаившихся всадников, — совсем другая группа поджидает.

— Тебя псы найдут.

— С ума сошел? Они Лилию охраняют. Сами выбираться будем. — Он еще раз осмотрелся. — Сейчас только придумаю, как.

— Может, спрыгнешь? — неуверенно предложил чешуйчатый.

— Тогда уж лучше ты слетай, ты ж у нас дракон!

— Я не могу, — печально сознался Марат.

— А я могу. Только ноги переломаю, — огрызнулся бывший страж.

— Эй, вы! — донеслось снизу. — Вы там, пока не созреете, висеть собираетесь?

— Усач, — мрачнея, констатировал Леха.

— А ты нам не указывай! — взорвался обиженный Марат. Его триумф обернулся нелепым фарсом, а тут еще и этот. — Как хотим, так и висим!"

"— Я думал, может, слезть пожелаете… — щеря в глумливой ухмылке рот, протянул детина. — Но ежели висите, как хотите, то — как хотите.

Он нарочито медленно развернулся.

Лешага глянул верхним зрением. Весь отряд Усача был тут же. Они держались в сторонке, порывисто выдыхая, как после стремительного бега.