Вот не будь у меня встречи с Дениэлем, обязательно бы встала в позу и сказала, что приеду в пять. А так прикинула время на дорогу и холодно ответила, что буду в час. Скинула вызов, не прощаясь.

Свекровь одобрительно смотрела, как тщательно я собираюсь на встречу. Боже, дай мне сил! Хорошо, что всего один день остался до их отъезда. Не хотелось портить им отпуск известием о разводе. Пусть отдохнут нормально, с хорошим настроением. Оставив их собирать чемоданы, вызвала такси.

Приехав к дому, увидела машину Глеба. Ждет, красавец. А ведь разгар рабочего дня.

По его утверждению, у него и минуты лишней нет. А тут какая честь, выкроил. Или боится, что я квартиру разнесу? Зря. У меня другие планы.

Подъезд открыла своим ключом, а вот дверь Глеб. Уже ждал, когда выйду из лифта. Наверное, услышал писк домофона.

– И к чему все это? – спросил он, когда я вошла в квартиру.

Не отвечая, прошла в комнату. Не разуваясь.

Осмотрелась. Первое, что бросилось в глаза, – исчезли наши совместные фотографии. Даже Маши нет. Прошла к шкафу в гостиной и открыла дверцу. Смешно, на полочке лежали спешно сложенные фотографии в рамочках, на которых Глеб с брюнеткой.

Молоденькая, не больше двадцати пяти на вид. Но я знала, что ей двадцать два. Марта Васильевна – прежняя секретарша – уволилась три года назад, и у Глеба стали меняться девочки в приемной, с каждым разом становясь все моложе и моложе.

Вот эта Катенька, новая секретарша мужа, любезно предлагала мне кофе, когда я заезжала в офис. Одевалась скромно, очки на носу. А тут яркий макияж, облегающие платья. Мне стоило сделать пару звонков старожилам на фирму, чтобы узнать, что после того, как я загремела в больницу, они перестали скрываться.

А уже через два месяца Катенька переехала к нему.

Надо же, они уже и на отдых слетать успели. На одном из фото позировали на фоне моря и пальм.

Я увидела свою шкатулку с драгоценностями и открыла. В глаза бросился золотой браслет с сапфирами. Не мой. Сережки с изумрудами. Что взбесило – все это лежало вперемешку с моими украшениями.

– Денег нет? – Резко развернувшись, я швырнула в Глеба браслет. – Да? – В него полетели сережки.

– Не начинай!

Узнала свою цепочку, но на ней висел не мой кулон.

Расстегнула и брезгливо бросила его на пол.

– Хорошо, не буду.

Глеб проследил, как кулон покатился по полу, но не сделал попытки поднять.

– Давай поговорим. Не устраивай цирк.

Просмотрев украшения в шкатулке, я сунула ее себе в сумку. На эмоциях сложно сказать, все ли на месте, но если чего моего нет, потом верну.

– Давай поговорим, – повторила я, проходя и садясь в кресло. – Начинай. Твои предложения.

Глеб прошел по комнате и встал напротив меня.

– Мы разводимся.

– Согласна.