— Ее надо заснять! Старый, Старый! у нас контакт! Это резидент, я чувствую! Надо документировать!

Через полминуты к ним подбежала запыхавшаяся Кира, держа наготове камеру ночной съемки в чехле, — но Изя уже галантно подсадил девушку в свою “девятку”. Ролик стонал и колотил себя по ляжкам.

— Упустим! Что вы возитесь, Кира Алексеевна! Ведь упустим резидента! Ну где этот буйвол безрогий со своей колымагой!

На счастье стажера, Миша Тыбинь не слышал его незрелых безответственных речей.

Покатили ночными улицами, собранные, сосредоточенные. Так часто бывает: торчишь целый день, а всей работы — вечерком на полчаса. Если бы знал — просто подъехал бы вовремя, и вся недолга!

“Девятка”, мигая оранжевыми “габаритами”, озаряясь красными стоп-сигналами, запетляла в переулках меж домов.

— Следы заметает! — волновался Ролик, покусывая пересохшие губы. — Прячется, гад! От нас не уйдешь! Я нашел, я!

Машина объекта свернула на темную безлюдную аллею и углубилась в парк Сосновку. Старый притормозил. Незаметно следовать дальше колесами не было никакой возможности. Разведчики выбежали из машины, жадно глотая холодный свежий воздух, наполненный ароматом хвои.

— Вон они где! В конце аллеи остановились! Я сбегаю, посмотрю!

— Стой здесь, шумтрест! Пушок, слетай мухой! Изобрази спортсменку на пробежке. С аллеи не сворачивай, мы за тобой присмотрим на всякий пожарный! Давай, вперед!

Провожаемая напутственным шлепком Тыбиня пониже талии, Людочка сбросила куртку на руки Кире и, оставшись в спортивном костюме, легко, несмотря на свои габариты, побежала по скрипучему снегу. При свете полной луны видно было, как она приблизилась к машине, замедлила шаг, присмотрелась. Затем вскинула руки, схватившись ладошками за щеки, и помчалась обратно.

Ролик подпрыгивал от нетерпения.

— Ну! Что?! Шифровку готовили?!

Раскрасневшаяся встрепанная Людочка, тяжело дыша, махнула на него рукой.

— Они там... — и она, нагнувшись, прошептала что-то на ухо Кире Алексеевне.

Кира хмыкнула. Тыбинь посмотрел на нее — и тоже усмехнулся.

— Ну — что? — спросил честолюбивый Ролик.

— Ничего! Детям до шестнадцати смотреть воспрещается!

— О-о... — открыл рот стажер и заулыбался. — Догоняю...

— Возьми тепловизор, сыщик, пойди посмотри, что твой резидент вытворяет!

— Я же не извращенец. — Ролик сокрушенно побрел к машине.

— Надо же! — бормотал он себе под нос. — В тачке же неудобно!

— Нормально! — цинично проговорил Тыбинь.

А Кира поспешно отвернулась.

Через двадцать минут галантный Изя доставил девушку к месту работы — под фонарь на остановке. Разведчики из темной машины разглядывали ее — каждый по-своему."

"Ира Арджания жил неподалеку, на улице Демьяна Бедного. Улица эта проспектом Просвещения делилась пополам.