Скрываюсь в своей комнате. Сбрасываю тренировочную одежду и присаживаюсь на краешек кровати. Хочется прилечь хотя бы на покрывало, но, если лягу, усну мгновенно. Сначала бы помыться, а потом уже спать.

– Купальня свободна, – раздаётся тихий голос.

Я открываю глаза.

Рядом стоит Анариэль. Оказывается, я всё-таки уснула сидя в неудобной позе и проспала… сверяюсь со временем… Ничего себе. Прошёл почти час.

– Мне самой было интересно, – фыркает Эля, – сколько времени там просидит Лилиана. Она надеялась, что ты устроишь скандал под дверью купальни.

– А смысл? Она уступила бы мне?

– Едва ли.

Более того, скорее всего, твои соседки начнут сплетничать, что ты не привыкла мыться после тренировок.

– Переживу, – вздыхаю я. – Этому я в любом случае не смогу помешать.

Завернувшись в полотенце и прихватив мыло, проскальзываю в купальню. Ванную набирать некогда, да и усну я в ней. Но в Академии существует такая роскошь, как душ.

Моюсь быстро, как приучили в приюте. Наслаждаться некогда.

Когда возвращаюсь, засыпая на ходу, Эля по-прежнему топчется около моей кровати, и вид у неё встревоженный.

– Я слышала разговор, – тихо говорит она, поглядывая на дверь. – Кайра сказала, что предприняла кое-что. И если это кое-что откроется, свалят на тебя, и тогда тебя точно выгонят из Академии.

Я даже просыпаюсь, в голове делают попытку пошевелиться мысли. Единственное предположение – Кайра хочет себя обезопасить на случай, если поймают с эликсиром. Но, может, и нет. Это я все силы и способность мыслить на полигоне оставила, а она, вероятно, уже тысячу вариантов придумала, пока этикетки на пузырьки в оранжерее наклеивала.

– Я буду осторожна, Эля, спасибо.

 – Я сладко зеваю, устраиваясь на мягкой подушке. – Только разбуди меня пораньше, пожалуйста.

Уже засыпая, вспоминаю, что в своей комнате я ночую впервые. И в голову лезет народный наговор, который, как мы с девчонками шептались в приюте, обязательно нужно произносить, когда спишь впервые на новом месте. Глупости, конечно, но губы сами шепчут:

Ночь, укрой пологом.

Сон, навей сполохом.

Деве чистой при луне

Яви милого во сне.

– Подъём, Мели, – будит меня голос Анариэль. – Твои соседки уже встали.

Лучше не опаздывать на утреннюю пробежку.

– Святой Шифаджи, – со стоном вырывается у меня имя главного Святого целителей. – Такой был чудесный сон.

Из-за резкого пробуждения не могу сразу вспомнить, что именно снилось. А вспомнить хочется, уж очень сладкое послевкусие осталось.

По мере того как кусочки сна проявляются один за другим, щекам становится всё жарче.

– И что же такого снилось? – любопытствует Анариэль.

– Не помню, ерунда какая-то, – смущённо отвечаю я.

– Есть поверье, – говорит гнома.