А я иду спать. И тот, кто посмеет меня разбудить, будет разрублен на части, сожжен и развеян.

— Тэсса! — возмутилась Фанни. — Мы не говорим здесь подобных вещей. Наше селение — уголок добра среди бушующего мирового хаоса.

— Да ну? — не поверила Тэсса.

Чтобы не пачкать полы, она разулась, как только вошла в дом. Подумала и стянула мокрые грязные джинсы и рубашку. Бросила все это в угол.

В майке и трусах Тэсса прошла на кухню. Здесь царила такая идеальная чистота, которой никогда не бывало. Подивившись, Тэсса открыла холодильник и обнаружила, что все полки забиты клубникой.

Тэсса некоторое время отупело разглядывала ягоды, пока не поняла, что засыпает на ходу. Встряхнувшись, она достала молоко и разлила в два блюдечка. Поднялась с ними на третий этаж.

Призрак бывшего смотрителя кладбища, Теренс Уайт, прилежно вязал свой бесконечный шарф.

А вот пикси на месте не было.

Ни одной чертовой пикси.

— Что за черт? — поразилась Тэсса и обошла чердак. — Теренс! Куда делись эти зловредные твари?

— Кот из дома, мыши в пляс, — загадочно ответил старик, и больше от него ничего было не добиться.

Пожав плечами, Тэсса спустилась на этаж вниз, толкнула дверь в свою спальню и остолбенела.

Вся комната, за исключением кровати, была затянута защитной пленкой, покрытой разноцветными кляксами.

На кровати беззастенчиво дрых Холли Лонгли.

Он был в шортах и футболке и выглядел так, будто уснул, где упал."

"В углу громоздились краски и кисти.

— Ладно, — сказала Тэсса. — Ну допустим.

Не в состоянии думать над происходящим, она направилась в ванную. Полиэтилен шуршал под ее ногами.

Теплый душ смыл и дождь, и землю, и дорожную пыль.

Глаза сами собой закрывались. В голове воцарились пустота и легкость.

Кое-как вытеревшись, Тэсса натянула на себя пижаму, вернулась в спальню и рухнула на кровать едва не замертво. В данную минуту ей было все равно, что делал Холли Лонгли в ее постели, и у нее не было сил будить его и выставлять вон. Спит человек, и ладно. Бывает. Может, у него топографический кретинизм и он перепутал спальни.

Повернувшись на спину, Тэсса мельком взглянула на потолок и нахмурилась. А вот и глюки на почве усталости?

Там были облака, рассеянно подсвеченные розоватыми солнечными лучами.

Казалось, что они двигались и игривый ветер разгонял даже самые крохотные тучки.

— Сумасшедший дом, — сказала себе Тэсса, перекатилась на бок и рухнула в крепчайший сон без всяких сновидений.

Глава 10

В ядовито-розовых резиновых сапогах и ярком желтом плаще Фанни ужасно себе нравилась. Она шлепала по лужам, косой плотный дождь попадал под капюшон и заливал лицо — правильно, что она воспользовалась водостойкой тушью.