— Не подумай ничего такого! Мы просто разговаривали! Оказывается, я ему уже давно нравилась, можешь себе представить?"

"— Запросто. Если честно, мне сложнее представить себе человека, которому бы ты не нравилась.

— Ох, Тэсса, — Фанни восторженно расхохоталась, — да ведь Кенни первый мужчина в этом мире, который признался мне в симпатии. Мне даже в школе валентинок не дарили!

— Мир полон глупых людей, — заметила Тэсса, — хорошо хоть в Нью-Ньюлине все сплошные умники.

У нее завибрировал мобильник — звонила суперинтендант Алисия Холт.

— Констебль Тарлтон?

— Шериф Тарлтон, — бодро гаркнула Тэсса.

— Неважно. Встреть меня на развилке у трассы. Ваша чертова деревня снова не пускает меня, — раздраженно велела Алисия.

— Это то, о чем я думаю? — Тэсса вскочила, расцеловала Фанни и поспешила к ржавому пикапу Фрэнка, который так и стоял между кладбищем и пансионатом. Ей было лень спускаться в гараж за своей машиной.

— Ты куда? — крикнула ей вслед Фанни.

Но Тэсса только рукой на нее махнула.

Сердитая Алисия мерила шагами проселочную дорогу, у служебного автомобиля были распахнуты все двери.

— Клянусь, у Нью-Ньюлина ко мне какие-то личные счеты, — яростно принялась ругаться Алисия. — Который раз это повторяется? Вот дорога — езжай по ней прямо, и все. Но каждый раз я упираюсь в тупик. Мне это надоело! Я расставлю повсюду указатели!

— Ну-ну, — Тэсса выпрыгнула из машины и протянула ей руку. — Незачем так нервничать.

— Где ты откопала это ржавое корыто? — изумилась Алисия.

Вспомнив о Фрэнке, Тэсса на мгновение помрачнела, а потом тряхнула головой.

Нельзя желать слишком многого.

— Да так, — ответила она уклончиво и заглянула в полицейский автомобиль. В детском кресле спал маленький мальчик — да такой безобразный, что даже Тэсса удивилась. У него было лицо печального старичка, сморщенное и непропорциональное.

— Артур Джеркинс, — представила его Алисия, — ребенок, который двигает предметы взглядом и от которого отказались его родители. Понятия не имею, как вы с этим справитесь.

— Даже не переживай об этом, — хмыкнула Тэсса, осторожно отстегивая детское кресло, чтобы перенести его в пикап. — Нью-Ньюлин так просто не напугать.

Глава 20

У невыносимой Бренды было множество различных недостатков — но вот блинчики.

Блинчики у нее получались что надо.

Ажурные, тонкие, ровные, приправленные ароматным персиковым джемом.

Иногда Джон признавался себе украдкой: возможно, он остался в Нью-Ньюлине только ради этих блинчиков.

Он приехал сюда, чтобы похоронить жену.

Потом остался на месяц.

Потом на другой.

И вот уже седьмой год Джон жил в этой дикой деревушке, где не было ни одного приличного человека, с кем можно было бы поговорить по душам.