У них очень чувствительные подушечки пальцев, а на лапках есть вибриссы – такие мелкие ворсинки, которыми они как будто видят на ощупь. Еще вибриссы есть на мордочке, животе и груди.

– Как интересно!

– Теперь нужно за Степанычем приглядывать. Если он решит, что я недостаточно тщательно выстирал джинсы, то повторит процедуру в своем тазу.

– Серьезно?

– Да, он ловкий и неугомонный. И просто обожает создавать курьезные ситуации.

– Ой, а это что? – спросила, заметив в углу комнаты на небольшом столике кучу всякого хлама. – Тоже он притащил?

– Нет, это… – парень смущенно почесал затылок, – …это для моего проекта – детали для машины Голдберга.

Только, наверное, я ее никогда не соберу.

– Почему? – Я подошла ближе, рассматривая всякую всячину, наваленную на столе.

– С таким помощником, как Федя, это трудно. – Женя достал из рюкзака учебники и разложил на столе. Придвинул еще один стул к столу. – Я собираю, а он разбирает. Вроде все готово, но не работает: проверяю, оказывается, что опять не хватает деталей. Бесполезно. Пожалуй, мне стоит сняться с участия в конкурсе.

– Тебе просто нужно его чем-то занять, когда работаешь, – улыбнулась я.

 – Или свой проект закрывать в вольере, а не бедного Федьку. – Бросила взгляд на енота. – Пардон, Федора Степаныча. – Перешла на шепот: – Думаю, ему не нравится, что ты не пользуешься его помощью. Он обижен, поэтому и мстит.

– Конечно, – свел брови парень.

– Машина Голдберга – это что, вообще, такое, кстати? Такие штуки, которые долго строят, а потом все за секунду рушится?

– Вроде того, – просиял он, – они работают по принципу домино. Только для этого все нужно очень точно рассчитать.

– Весело.

– Правда?

Я кашлянула.

– Странно немного, но весело. И чем тебе нравятся эти штуки?

Женя пожал плечами:

– Мне нравится придумывать и продумывать. Ты долго фантазируешь, как оно будет, строишь, что-то меняешь, наблюдаешь, как оно взаимосвязано. А потом радуешься тому, что все получилось.

– Интересно. Получается, тебе нравится все усложнять? Ведь в конце зрителя ждет какое-то простое действие, так? Бам – и все! А ты делаешь так, чтобы оно достигалось цепочкой сложных действий. А в жизни ты так же поступаешь?

Кажется, парень завис. Мне даже захотелось щелкнуть пальцами у него перед глазами.

– Понятно, – хихикнула я, – нравятся тебе эти штуки и нравятся. Каждый имеет право на безумие. – Провела рукой по разложенным на столе деталькам. – Веревки, колесики, мячик… Так, а это что? – Взяла две маленькие деревянные фигурки и покрутила. – Мальчик и девочка?

– Да! – Он смутился.

– Это они – конечный результат?

– Ага!

– И что с ними случится?

– В конце мальчик тянется поцеловать девочку, но на него падает гиря, – ответил Женя и нервно закусил губу.