Затем сразу возвращайся к волокушам, начинайте их загружать. — Не делая паузы, я переключился на следующего охотника: — Ортис, ты мчись на площадь. В том доме, где мы устроили кладовую, растопи печь, да пожарче. Приготовь для Рикара несколько одеял. Стефий, хватай с собой сумку и пошли со мной — пора заняться моим плечом, пока я тоже не бухнулся в обморок.

Получившие указания люди разбежались в разные стороны.

Снег, шипя и тая, стек с доспехов здоровяка, и четверо охотников подхватили его и бегом поволокли на площадь. Я последовал за ними в сопровождении Стефия.

Остальные поспешили к волокушам.

В голове у меня крутилось только две мысли: «Надеюсь, эта тварь была одна» и «Надо отсюда выбираться». Еще на ходу я выстраивал план действий, направленный на скорейший уход из проклятого поселения. План был предельно прост. Загрузить волокуши, благо мы еще в прошлый раз отобрали самое необходимое, и сразу выдвигаться. Если Рикар не придет в себя, то погрузим его на волокушу, пожертвовав частью груза. До заката еще далеко, и мы успеем пройти порядочное расстояние. Если гномы начнут мямлить и тянуть время, то гномов побоку.

Ждать я никого не буду.

Ортис выполнил мои указания в точности. Когда мы ввалились в дом, в печи потрескивало разгорающееся пламя, на лавке лежало несколько одеял, а на столе стояло наполненное чистой водой ведро. Здоровяка уже разместили на широкой лавке, над ним хлопотал Ортис, пытаясь снять остывшие доспехи. Судя по его невнятным ругательствам, дело продвигалось медленно.

Я обессилено опустился на стул и позволил Стефию содрать с меня доспехи и меховую куртку. Вскоре я сидел голый по пояс и с содроганием разглядывал дыру в плече.

Чуть ниже — и у меня была бы дыра в легком, чуть выше — раздроблены кости плечевого сустава. Постепенно тело отходило от перенесенного шока, и дергающая боль начала возвращаться. Стефий, правильно оценив мое перекошенное лицо, наскоро накрошил в кружку с водой известные только ему травы и коренья, заставил меня выпить все без остатка и занялся раной. Омыв плечо от крови, Стефий приложил к ране широкие листья, туго обмотал чистой тряпкой, затем положил ладони мне на плечи, закрыл глаза и что-то забормотал. Раненое плечо дернуло болью, и тут же по моему телу разлилась волна тепла, прогоняя накопившуюся усталость и принося свежие силы. Голова прояснилась, исчезли радужные круги перед глазами. Стефий и впрямь успел многое почерпнуть от отца Флатиса. Заметив, что лицо паренька бледнеет на глазах, я вспомнил, что священники используют для заклинаний свою собственную жизненную силу, и решительно отодвинулся в сторону:

— Хватит. Мне уже лучше. Позаботься о дядьке Рикаре.

Стефий кивнул и поторопился к Рикару.