Жилистый, с четко очерченными мускулами, весьма мощными для мужчины такого возраста, и поджарым животом. Его тело было исписано старыми шрамами, давно зажившими и забытыми. Но ни одной свежей раны.

Ничего необычного.

Кроме тонких темных извилистых линий, разбегающихся под кожей и быстро светлеющих…

– Не может быть… – повторил Айзен севшим голосом и беспомощно огляделся. – Я же сам… ты же видела?

Его взгляд с надеждой и страхом уперся в меня.

Да, я видела. Даже больше чем он или кто-то еще из присутствующих. Но сказать об этом в тот момент побоялась. Потому что сама не знала, что будет дальше. Поэтому проговорила, тщательно подбирая слова:

– Похоже, его спас собственный целительский дар. Ты же знаешь, твой отец умеет заживлять раны.

– Да! Конечно! – он поспешно ухватился за эту мысль. – Как я сразу-то не подумал…

На его лице отразилось безумное облегчение.

– Так, угрозы для жизни нет, – сообщил целитель, водя руками над Ортредом. – Хотя… странно.

Он задумчиво замер.

– Что? Что вы чувствуете? – вновь занервничал Айзен.

А я, уже догадываясь, каким будет ответ, поняла, что бледнею.

По виску скатилась холодная капля.

– Проблема в том, чего я не чувствую.

Целитель медленно поднял голову и посмотрел на принца. Потом по очереди на всех остальных. Причем так, будто сам не верил в то, что собирался сказать.

И я, и охранники – мы почти не дышали. Айзен внешне сохранял спокойствие, но было видно, что это дается ему непросто.

– Я не чувствую дракона в его величестве, – растерянно продолжил целитель. – Ни дракона, ни магического резерва. У него их просто… нет.

Я с силой укусила себя за щеку.

В тот момент, когда темный сгусток вырвался из меня, я вновь ощутила тот невесомый мазок по лбу. Будто птица в полете случайно коснулась. И именно в тот момент пришло понимание: это феникс.

Феникс Сильхарда.

Точнее не так. Это был сам Сильхард.

Как сказал однажды Ортред, для драконов настоящей является именно драконья ипостась, а не человеческая. Так и для фениксов. Сильх самоиспепелился, чтобы уничтожить свою человеческую оболочку и освободить истинную суть. А Ортред, сам того не ведая, передал ее мне вместе с кровью.

Теперь же дух Сильха покинул меня, чтобы не дать королю умереть.

Ортред будет жить. Значит, Айзена никто не осудит как отцеубийцу. Однако темная суть феникса не способна существовать в теле светлого мага. Именно потому Сильхард позаимствовал тело Бурджа Паркатиса. Феникс погиб, едва войдя в резонанс с аурой Ортреда. Но перед смертью успел отравить его своей тьмой и добить ослабленного дракона.

Без дракона и магии король станет никем. Все его грандиозные планы по захвату мира превратятся в ничто. Айзен взойдет на трон как законный наследник.