Пауза и затем с трудом Соер произнесла:

— За неделю до вторжения Темных я, декан Охан, и профессор Дакастар написали докладную на имя ректора, выразив обеспокоенность тем, что два выпускных курса в течение полугола находились на практике, в то время как в учебном плане на данный вид обучения выделено всего две недели.

Медленно, очень медленно лорд Элпохар повернул голову в сторону скованного мага. И Ислан Габор неожиданно осознал — сейчас его будут убивать. Максимально жестоко. Осознала это и Соер, но вместо сочувствия, ощутила искренне восхищение демоном, которого взбесил факт возможной гибели адептов.

— Вы свободны, — глухо произнес Эллохар. — Полекционные планы я просмотрю позднее, уже утром Тараг вернет их вам.

Леди, чуть склонив голову, торопливо вышла из директорского кабинета.

Почему-то Соер казалось, что в светлом помещении неожиданно пахнет кровью.

Слов магистра «Тьер, ко мне немедленно», она уже не услышала.

Как и полного ужаса воя архимага. Впрочем, этот крик не услышал никто — Тараг позаботился.

* * *Магистры сидели молча в полумраке кабинета директора школы Искусства Смерти.

Эллохар пил излюбленное белое вино прямо из бутылки, Тьер медленно потягивал глоток за глотком терпкого красного из высокого бокала. Говорить не хотелось ни одному.

На полу, скорчившись от невыносимой боли, умирал архимаг Ислан Габор, время от времени сотрясаясь в судорогах и выхаркивая сгустки крови — Рука Смерти, примененная в полной мере, оставляет мало шансов на выживание. Темные спокойно рзирали на предсмертные муки. С убийственным спокойствием.

— Столько детей, — с яростью прорычал Даррэн, вновь запрокидывая бутылку.

— Они не дети, — лорд Тьер тоже сделал глоток.

— Дети, Риан, просто дети, — магистр Смерти разжал пальцы, и пустая бутылка упала на пол. — Двадцать-двадцать пять, даже не выпускники, наивные, свято доверяющие своим преподавателям… Да дети они, Риан, по всем параметрам — дети!

Магистр Темного Искусства спорить не стал — не видел смысла. За прошедшие четыре часа перед их глазами развернулись события, жестокость которых поражала.

— Гнилое королевство, — тихо произнес Тьер.

Кивнув, Эллохар крикнул:

— Айшарин!

Дверь открылась почти мгновенно и сумеречная дриада вплыла в кабинет, держа в руках поднос с вином.

Не глядя на гибнущего архимага, поднесла новую бутылку директору, долила в бокал магистра Темного Искусства, и так же беззвучно вышла.

Тараг, решив, что уже можно, высунул светящуюся призрачную голову синего змея из пола, и прошипел:

— Господинсссс, вы собиралисссс…

Большего возрожденный дух говорить не стал, и Тьер мгновенно осознал, что от него что-то скрывают. Искоса взглянул на Эллохара, магистр Смерти хранил самое невозмутимое выражение.