— О, Рейф, — прошептала она, и голос выдал ее отчаяние и горе, — ты совсем не изменился.

— Я? — Он удивленно поднял брови. — Ты всю жизнь прожила в одном и том же городе, работала в одном и том же месте, не желая замечать ничего, что выбивалось за рамки привычного!

Отдернув руки, Сара отшатнулась.

— Ты исподволь стараешься ранить меня, потому что тебе самому больно, — медленно произнесла она, тщательно подбирая слова и стараясь не закипеть. — Я понимаю и прощаю тебя, но даже в таких обстоятельствах нужно следить за языком.

— Когда мы встречались, ты хотела, чтобы я побольше говорил. Вот, я говорю. Да, я такой. — Он прижал ладонь к груди. — Прими это или беги, зажав уши, как ты сделала четырнадцать лет назад.

Значит, вот как Рейф думал о ней? Он считал ее слабачкой, которая испугалась, что не справится с его новым, великосветским образом жизни?

— Черт, так нечестно! — наконец сорвалась Сара, не в силах больше утешать его и выносить собственную боль. Она ткнула его пальцем в грудь: — Я предлагала переехать!

Рейф покачал головой:

— Ты хотела переехать в такую же дыру, как Виста-дель-Мар, а стоило мне заикнуться о Лос-Анджелесе, ты принялась изобретать отговорки. Я не искажаю факты. Я прекрасно помню, как ты повернулась ко мне спиной и ушла.

Да, она не хотела уезжать в Лос-Анджелес, но предложение вообще уехать из Виста-дель-Мар было самым смелым шагом в ее жизни на тот момент, неужели это ничего не значило для Рейфа?

— Продолжай думать, что я во всем виновата, если тебе от этого лучше. — Боль, гнев, потрясение сплелись в тугой узел у нее в груди, не давая замолчать. — Даже через два года после твоего отъезда ты не смог набраться смелости и встретиться со мной, вспомнить все, что между нами было!

— А что, по-твоему, было между нами, Сара? Насколько я помню, я постоянно что-то предлагал тебе, а ты только и делала, что отказывала мне.

Сара вздрогнула, но не отступила:

— А ты по-прежнему избегаешь слова «любовь». Знаешь, по-моему, ты не хочешь сближаться с кем-то, потому что боишься, что тебе снова будет больно, как когда ты потерял мать.

Рейф поморщился, и Сару снова охватила жалость к нему. Она еще раз попыталась достучаться до него:

— Поверь мне, Рейф, я знаю, каково это — терять любимого. Я потеряла тебя. — Она тронула их с Квентином фотографию — часть прошлого Сары, которое Рейфу придется принять. — Я потеряла Квентина. Я потеряла троих детей. Рисковать своим сердцем снова для меня тяжелее и страшнее всего, даже оставлять свой дом, единственный, который у меня когда-либо был, не так страшно. Ты должен примириться с прошлым. Ты должен отпустить эту боль и этот гнев.