Он тогда от мечты о невообразимо притягательной Ершовой не отказался, но знатно обалдел. Заверил, что до Олимпийских игр не появится, но на сами Игры билет купит в первый ряд. И там уж Андреева ему ничего не сделает.

Она внимательно на него посмотрела и спросила:

— Зачем тебе это? Иванна — особенная девушка, моя некровная дочь. Очень непростая по натуре. Балованная.

— Я знаю. Мне нравится.

— Ей нужна особенная жизнь.

В тот момент Алекс вдруг понял, что должен сказать.

— Я ей эту жизнь подарю.

Алла Теодоровна склонила голову набок, усмехнулась:

— А сможешь? Ты вообще кто, мальчик?

— Скоро весь мир будет покупать панели «СоларЭнерджи». Мое имя будет всюду. Но и на этом мы не остановимся.

— Даже так? Тогда тебе нужна жена. Всем успешным бизнесменам нужна верная, смелая и мудрая жена.

— Я хочу свидание с Ивой.

***

Когда Андреева ему позвонила в следующий раз и потребовала немедленную встречу, Алекс, несмотря на адскую усталость, сорвался и поехал.

Алла Теодоровна вновь напомнила, что обижать Ершову нельзя. Он эти слова мимо ушей пропустил, потому что специально девушек не обижал никогда. Если и ранил, то это выходило из-за характера, гиперактивности, миллиона других качеств. Но чтобы спецом... зачем бы Алексу это нужно было? Он ведь прекрасно знал, что такое боль. Он не хотел быть тем, кто причиняет боль. Равский был изобретателем экологической энергии, он нес людям свет!

— Моя Ива совсем неопытная. Чистая девушка, ранимая. Она жила спортом с пяти лет. У нее стальной характер, но при этом внутри она совсем малышка. Ее нужно беречь.

— Я понял.

— Отвлеки ее от того ада, в котором она сейчас варится. Увези из Москвы... из страны увези. Ты же в Сиднее сейчас живешь? Так будет лучше. Она должна найти свой путь, раз уж так вышло с ее ногой.

— Если Ива захочет, то увезу."

"— Я устрою вам первое свидание. И, если у вас сложится, не забывай, кто тебе помог.

***

И вот Равский снова заходит в те же ворота, идет к тому же зданию, где находится тот самый кабинет Андреевой.

Глава 47

Андреева увлеченно поливает комнатные цветы, которых в кабинете тьма-тьмущая. Алекс пользуется ее занятостью и с радостью отказывается от приглашения присесть. Так и стоит посреди комнаты, обстановку рассматривает.

Закончив вежливые приветствия, Алла Теодоровна полминуты что-то напевает себе тихонько, затем доброжелательно произносит:

— Что же ты молчишь? Сам просил о встрече.

Алекс усмехается. Нужно срочно занять руки, поэтому он достает из кармана четки, которые ему подарили Ива с Демьяном в отпуске, и быстро их перебирает.

— Два часа назад я разговаривал с полковником ФСБ. И знаете, что понял? Вас я боюсь больше.

Она звонко смеется:

— Польщена, Равский. Но пришел же ты не для того, чтобы сообщить мне об этом?

— Верно.