Заметно было, что она наслаждается каждым мгновением отдыха, никуда не спешит, но и отделаться от нее не удастся.

– А на кого вы работаете? На свет или на мрак? – наивно спросила Ирка.

Ей неожиданно пришло на ум, что хорошие люди тоже умирают, причем ничуть не реже плохих. Эссиорх укоризненно уставился на Ирку. Аиду Плаховну, напротив, вопрос немало повеселил.

– Я работаю на эволюцию! Принимаю заказы из обеих канцелярий. Тебя, валькирия-одиночка, когда придет твой час, обещаю, я скошу не больно. Чик – и готово! Ты мне нравишься, – важно сказала Мамзелькина, воздевая палец.

Багров, который в минуты боевого задора дружил с головой очень эпизодически, задиристо шагнул к Аиде Плаховне, схватившись за рукоять кавалерийской сабли. Менагер некроотдела ждала его с вежливой всевидящей улыбочкой. Ирка поспешно схватила Матвея за руку и оттащила в сторону.

– Перегрелся? Хотя скорее уж переохладился! – поставила она диагноз.

– Ты что, не видишь: она издевается! – сказал Матвей, пытаясь все-таки добраться до Мамзелькиной, которая, мило улыбаясь, делала ему козу костлявыми пальчиками.

– Пусть издевается. Ты, главное, повторяй: я ее люблю!

– Это еще зачем?

– Легко любить добрых и пушистых. Трудно любить таких, как она. И именно поэтому их-то как раз любить и необходимо. Это как тренировка, – сказала Ирка. Это была не шутка. Она в самом деле так считала.

– Чудесно! Я зарою ее живой в землю, буду прыгать на могиле и повторять: я ее люблю! – буркнул Багров, сердито отворачиваясь.

Он представил, как в Мамзелькину врезается грузовик и, пролетев метров триста по воздуху, она размазывается о колоннаду Большого театра.

– Расслабься, некромаг! Лечение больной фантазии осуществляется за счет фантазера! Если ты жив до сих пор, то не потому, что моя коса затупилась! – с ехидством сказала Аида Плаховна. Чтобы читать чужие мысли, ей не приходилось даже напрягаться.

Эссиорх присел на снежный вал и тоскливо уставился на резиденцию мрака. Время поджимало. Интуиция подсказывала, что их могут опередить. Извлечь Дафну из резиденции мрака уже проблема. Вытащить же ее из Тартара – задача реально невыполнимая. С другой стороны, тащить за собой Мамзелькину – не просто плохая затея. Это затея во всех смыслах идиотская.

– Послушайте, любезная! Не обижайтесь, но мы должны отлучиться! – страдая от необходимости быть невежливым, сказал Эссиорх. – Вы нас отвлекаете, настраиваете не на тот лад. Мы тихие, мирные люди, идем обделывать свои тихие, мирные дела, а тут вдруг такие дамы в эскорте. Нам, право, неловко.

Мамзелькина ухмыльнулась.

– «Мирные дела»! Одурачить меня хочешь, светлый? Когда пахнет жареным – вот тут, – Аида Плаховна ткнула себя перстом в лоб, – звенит колокольчик.