Хотя кто бы на их месте не перевел, будучи арестованным, потом и ведомым по району, на виду у всех?

Бурунов, тот, который посерьезнее и постарше, уточнил:

— То есть нас в краже не подозревают?

Акимов не выдержал, хохотнул:

— Что у вас: в одном крыле подпустят — в другом возмущаются? Откуда про кражу-то знаете? Военная ж тайна.

— Да знаем уж… так что?

— Нет, не вас. Потому и комедию эту ломаем, чтобы, так сказать, бдительность усыпить.

— Хмара? — вдруг спросил Таранец.

Сергей только головой покачал.

Около запертой двери отделения — куда все делись, интересно? — слонялся туда-сюда незнакомый товарищ, невысокий, с симпатичным, круглым, как блин, лицом.

«Это что еще за фигура?» — подивился Акимов и спросил:

— Вы к нам?

Тот, обернувшись, протянул руку:

— Здравия желаю. Лейтенант Муравьев, из Омска. Мне бы начальство.

— Что, прям из Омска? — удивился Бурунов.

— Это Сибирь? — уточнил образованный Таранец. — Или Урал?

— Все верно, — успокоил Муравьев, сияя. Удивительная у него была улыбка, точно луна пополам треснула.

— Подождем вместе, — Сергей отпер замок, — обычно начальство всегда депешу оставляет: где и когда будет.

На столе Акимова, в кабинете, в самом деле лежал листок бумаги, но не с сообщением, а загадкой: «Была девочка. Вызвали зав. “Родиной”. Появится — задержи до нашего прихода» — и стояла причудливая подпись Сорокина.

Акимов, пожав плечами, рассадил «гостей», предложил чаю. Пока набирал в чайник воду и ставил его на плитку, пытался сообразить, что бы это значило.

При чем тут завкино? Хотя, прямо сказать, давно пора."

"Поверхностное знакомство с заведующим кинотеатром Ляпуновым никаких приятных воспоминаний не порождало. Несколько раз Акимов делал ему намеки по поводу спекуляций, то есть перепродажи билетов в непосредственной близости от официальных касс. Более того, удалось подцепить на крючок одну такую гражданку Фатееву, которая аж с августа 1948 года нигде не работала, а одевалась так блестяще, что глаза резало. Все оказалось просто: на каждом перепроданном билете она зарабатывала в три и более раза против номинала. Один раз ее выловил Остапчук, второй раз бдительные граждане доставили, на третий раз, уже не выдержав, возбудили-таки уголовное дело. Выяснилось попутно, что орудовала дамочка по всей Москве, так что пятидесяти трех — только доказанных — фактов как раз хватило на пять лет с конфискацией.

Неоднократно Сорокин указывал на не всегда отвечающий советской идеологии перечень показываемых фильмов — товарища завкино слишком кренило в сторону перченых сюжетов, пополняющих кассы. После просмотра подобной продукции граждане, возбужденные искусством, путали кино и реальность, особенно после вечерних сеансов.