А когда мне исполнилось пять лет, не стало и отца. Он так и не смирился с потерей жены, в любом бою рвался вперед и погиб, сражаясь с нечистью в Северных горах. После этого император взял меня к себе, официально усыновил, прибавив к моему герцогскому титулу титул ненаследного принца.

– И дал новое имя?

– Да. Нужно было что-то, начинающееся на букву «А» – таковы традиции императорского рода. Мне предложили самому выбрать из утвержденного списка, разумеется, и я остановился на «Антэше». Это имя чем-то перекликалось с моим родовым. Антэш – Антейдж – Тейдж. По крайней мере так мне в детстве казалось. Так я и стал обладателем двух имен: парадного – Антэш Анхагар, и своего собственного, родового – Бастиан Тейдж. Точнее, Бастиан Литтард– Тейдж.

– Меня ты все равно не перещеголяешь. У меня этих имен штук пятнадцать… Или шестнадцать. Сейчас уже точно не помню.

– Наслышан, – хмыкнул магистр. – Придется срочно их заучивать, чтобы знать, как обращаться к дочерям.

– К дочерям? Каким дочерям?

– Нашим, разумеется. И к первой, и ко второй, и ко всем остальным. Хорошо, что сыновьям подобное не грозит. А то я бы точно запутался.

И пока я сидела, растерянно представляя длинную вереницу детей, на которых, похоже, рассчитывал Тейдж, он сцапал мою руку и прижался губами к запястью, вернее, к сияющей на нем татуировке. У меня по спине тут же побежали горячие, щекотные, но очень счастливые мурашки, а этот невероятный дракон произнес самым что ни на есть искушающим тоном:

– Ты ведь выйдешь за меня замуж, Лина?

Быть невестой Бастиана мне нравилось. И замуж за него я с радостью бы пошла. Когда-нибудь. Потом.

Поэтому я не ответила, а спросила. В лучших традициях тех самых утхадских гномов. Ну и самого магистра.

– Ты ведь уже обо всем договорился с папой. Да?

– И с ним, и с герцогом Клемором, и даже с императором. Мы сутки из кабинета его величества не выходили, пока к соглашению не пришли. Но последнее слово за тобой, Лина. Только за тобой.

И он выжидательно взглянул на меня. А я… Я снова промолчала.

– Я люблю тебя, моя ящерка-попрыгунья. Люблю больше жизни. Ты и сама это знаешь.

Я кивнула. После ритуала в храме Лунной девы у меня не осталось ни малейших сомнений в чувствах Бастиана, в том, что мы вместе навсегда.

– А ты? – голос магистра дрогнул.

– Люблю, – подтвердила серьезно и твердо. – Очень.

– Тогда чего ты боишься?

– Не боюсь. Опасаюсь. – Я попыталась смягчить эту фразу кривой улыбкой. Не получилось. И сказала как есть: – Мне кажется, я еще не готова к такому серьезному шагу, понимаешь?

Думала, он отмахнется от моих слов, как от какой-то девчачьей глупости, но Бастиан неожиданно кивнул.

– Понимаю, поэтому договорился с его величеством о заключении отсроченного брака. У нас будет достаточно времени, ящерка.