Нет, против «важных и срочных дел» я тоже бы не возражала, но любопытство оказалось сильнее. Интересно же знать, как Тейджу удалось прорваться.

– Это все Миана.

– Владычица перевертышей?

– А кто же еще. Она дружила с одним из моих предков, кстати, именно по его просьбе и построила храм Лунной девы. Он был известным артефактором и создал для владычицы ее любимые парные артефакты – звезду и месяц. А она в благодарность наделила его и всех его потомков способностью переноситься к своей избранной через любые магические препятствия. Кстати, подозреваю, что и ко мне ты в ту ночь угодила именно потому, что мы – пара. Миана и ее покровительница, Лунная дева, славились своей любовью к подобным шуткам и часто помогали встретиться истинным.

Не знаю, как Лунная дева, а от Мианы, судя по рассказам Гортари, точно всего можно ожидать.

– Так я первый раз попал в Сурию, следуя за своим маячком. И на новогодний бал. Было непросто, завеса поддалась не сразу и выпила две трети ресурса, но чары Мианы оказались сильнее магии безопасников Клемора. А когда этот… курагхаш-ш-ш… похитил тебя, и я почувствовал, как тебе плохо… Вот тогда Мрак прорвал завесу, как мыльную пленку, даже не заметил. В образовавшуюся брешь, пока она не успела затянуться, и Лон за мной пролетел. Потом я увидел, что натворил этот мерзавец, и… В общем, боюсь, вашим ученым придется наносить на карту Сурии новую пустошь.

Тейдж невесело усмехнулся, видимо, заново переживая все, что случилось. И я, быстро поцеловав его в маленькую родинку на подбородке, чтобы отвлечь от тягостных мыслей, спросила:

– А как получилось, что ты оказался принцем Антэшем и герцогом Бастианом Тейджем одновременно?"

"– Моя мама – истинная пара нашего императора. Правда, встретились они, когда у обоих уже имелись семьи, Алия Рилай только-только вышла замуж за герцога Тейджа, а у повелителя подрастало двое сыновей, – негромко рассказывал Бастиан, мягко перебирая мои волосы. И было так хорошо, так спокойно в его объятиях, словно я наконец-то нашла свой настоящий дом. – Мама – чистокровный человек, поэтому и не услышала зов истинной пары. Она любила своего мужа, и Анир Анхагар не вызвал у нее никаких чувств, и она ему отказала. Разумеется, повелитель мог отобрать свою пару у герцога, присвоить, запереть навсегда в собственном доме. Наши законы давали ему такое право. Но он не стал этого делать. Отпустил. Венец власти наделяет императора способностью смягчать узы, связывающие его с нельтэ, хоть это и дается непросто. Правящий дракон должен выжить в любом случае, даже если навсегда потеряет свою избранную.

Тейдж запнулся. Его пальцы закаменели на моем теле, но лишь на мгновение. Потом он снова расслабился и продолжил:

– Мама умерла сразу после родов.