А ты была совсем малышкой, когда мы там жили. Точно помню, что вот тут была огромная лужа и я тебя туда усадил, за что знатно получил от матери, — Вела слишком громко выдохнула и как ни старалась сдержать эмоции, но обида мелькнула в глазах. — А на площадке мы часто играли, — за спинами детей, красовался покосившейся ""грибок"" над песочницей и железная ржавая горка."

"— А у тебя есть фото… родителей? — почему-то вопрос девушке было задавать мучительно стыдно и ее глаза бегали от мужского лица на свои ладони.

Ивар с сомнением взглянул на присутствующих и достал из другого кармана вдвое сложенную картонку.

Эля медленно развернулась, не с первого раза справившись, пальчик никак не мог подцепить потрепанный уголок бумаги.

— Это с твоей выписки.

Там где фото было сложено вдвое черты лица мужчины были практически неуловимы. Можно было понять, что он коренаст, широкоплеч и полноват, он держал атласный сверток в руках с розовым синтетическим бантом: такие повязывали на косички девочкам. Рядом стояла женщина, в сарафане до середины колена и держала в руках три ромашки. Эля будто смотрела на свое отражение, но старше и полнее. Было так странно и волнительно.

— А это сестра отца, тетка Анна. Она меня забрала и воспитала, — приземистая женщина, с широкими плечами и тяжелыми бедрами, держала на руках мальчика лет трех.

— А это, ты?

— Да.

Присутствующие в комнате хранили молчание. Вопросов о родстве больше ни у кого не возникало, с той нежностью, с какой Ивар смотрел на девушку, было невозможно сыграть. Он действительно был рад долгожданной встрече и, по-мужски, скупо, но растроган.

— А как звали наших родителей? — Эля не смогла сказать ""маму"" и ""папу"", ей показалось, что она совершит предательством против Велы, не биологической, но ""настоящей"" матери.

— Михаил и Злата. Мать выбирала нам имена, — произнес со смешком.

— Мам, ну ты что? — Вела промокнула слезы пальчиками и подняла глаза к потолку, смаргивая влагу.

— Все нормально, — приняла объятия Константина, — не обращай внимания.

— Для меня ты всегда будешь мамой. Мне же интересно.

— Я понимаю, понимаю, — Вела отвела взгляд и вымученно улыбнулась Лео.

— Мам.

— Все, — отмахнулась, — общайтесь, — ища поддержки, прижалась к боку Константина и приняла отсутствующий вид.

— Идемте со мной, — Марта протянула морщинистую ладошку, — я чай согрею.

Вела с благодарностью приняла приглашение и следовала вслед милой старушке. Лео и Константин последовали примеру женщин, удалились, предоставляя возможность поговорить практически наедине. Александр не покидал девушку, придерживал за руку, покорно слушая немногочисленные, но очень подробные рассказы из детства.

Эпилог

Несколько лет спустя.