Но в этот момент солнце зашло за облако.

– Может, позже, – сказала она.

Шарлотта вздохнула. Она уже начала надеяться на то, что подует ветер и, подхватив шляпу как парус, сдернет с головы. Даже небольшого порыва хватило бы. Ей всего-то нужно увидеть хотя бы прядь волос. Большего она не желала.

– Давайте пройдемся вокруг холма. – Шарлотта взяла женщину под руку. – Буду очень рада, если вы покажете мне местные достопримечательности.

Вдова явно не горела желанием откликнуться на просьбу, но Шарлотта не оставила ей возможности отказаться в рамках приличий.

– Мне хотелось бы более тесно пообщаться с вами, – затараторила Шарлотта, как только они отошли достаточно далеко от чужих ушей.

– Правда?

Миссис Уайт с сомнением посмотрела на собеседницу, и Шарлотта не стала бы винить ее за это. Женщина была старше ее лет на десять и – что вполне очевидно – уже не обладала живостью молодости. Лишь с трудом можно вообразить, что у них действительно есть нечто общее.

И с таким же трудом можно было представить, что миссис Уайт надевала подвязки алого цвета, пользовалась духами с тяжелым, насыщенным ароматом и вопила от наслаждения на письменном столе.

И все-таки это наверняка она. Шарлотта не сомневалась.

– Внешность часто бывает обманчивой, – зашла она с другой стороны. – Вы не согласны? У сердца так много секретов.

Миссис Уайт указала рукой вдаль.

– Это Окстон, вон там. А к северу вы видите зелень – это Шервудский лес.

Они уже обошли вокруг холма. И скоро вернутся к остальным.

Шарлотта вопросительно посмотрела на спутницу. Не видно ни одной пряди волос, даже на шее и на виске. Каким средством для укладки пользуется эта дама? Помадой из Парижа?

Нужно что-то предпринять.

Она вдруг театрально воскликнула:

– Миссис Уайт, замрите! Тут паук!

– Паук?

– Огромный. У вас на шляпке. Не двигайтесь, а то он упадет вам на шею. – Шарлотта подошла и осторожно потянула за ленту, завязанную у женщины под подбородком. – Я сейчас аккуратно развяжу ее и стряхну паука в траву.

– В этом нет нужды.

– Есть! Поверьте мне, миссис Уайт. Такой отвратительный паук. Весь… мохнатый. И с зубами.

Вдова положила ладонь поверх руки Шарлотты.

– Моя дорогая девочка, давай отбросим притворство.

– Притворство?

– Ведь нет никакого паука, я это прекрасно понимаю.

У Шарлотты опустились руки.

– Правда?

Миссис Уайт улыбнулась.

– Моя дорогая, вы были правы. У нас действительно есть что-то общее. Мне тоже известно, что значит быть юной и полной смущения. И переживать из-за того, встретится ли тебе когда-нибудь живая душа, которая поймет желания, скрытые в твоем сердце.

– В самом деле?

Она затаила дыхание. Дело не в цвете волос и шляпке.